Дворянин поневоле

– Духовое оружие? – тут же высказал предположение молодой.

– Сударь, фантазии господина Дойла интересны, но не имеют под собой реальной основы, – отмахнулся заговоривший первым."

"– Отнюдь, господа. Я сам видел в журнале описание французских духовых ружей, ничем не уступающих по своим качествам оружию с пороховым зарядом, – вступился за молодого четвертый следователь. – Но тут есть один нюанс. Подобное оружие весьма дорого и по карману не всякому. А тут, если исходить из мысли нашего молодого коллеги, орудовало не менее пяти подобных стволов.

– Человек весьма состоятельный, – пожал молодой плечами.

– Господа, а почему вы решили, что наш гипотетический злодей именно покупал это оружие? – вдруг спросил третий следователь. – Ведь он его мог бы и сделать.

– Что?! – все дружно уставились на него изумленно-растерянными взглядами.

– Ну да. Сделать, – пожал следователь плечами. – Талантливых механиков у нас в отечестве не мало. Да чего далеко ходить. Вон, в имении князя Тарханова сразу несколько мануфактур железоделательных стоит.

– И зачем бы, позвольте спросить, князь стал бы устраивать подобную бойню, да еще и в городе? – мрачно проворчал первый. – Ему и других забот хватит, чем с блатными в споры встревать.

– Ну, про князя это я как пример, – смутился четвертый следователь.

– А ведь в этом что-то есть, господа, – вдруг оживился молодой. – Где-то неделю назад на улице была перестрелка. И как мне донесли, участником ее был именно молодой князь Тарханов и его слуги.

Все насторожились и начали быстро переглядываться. Всем собравшимся было понятно, что подступиться к подобной фигуре просто так им никто не позволит. Это не промышленник и не купец, пусть даже первой гильдии и весьма богатый.

– Слухи и домыслы, господа, – нарушил воцарившееся молчание первый следователь. – Мы все отлично понимаем, что с подобным идти за ордером для допроса бессмысленно.

– Это верно, – дружно закивали остальные.

– Да еще и старый князь сейчас в имении, – подлил масла в огонь третий следователь. – А уж тот никогда внука под суд не отдаст. Столько лет его по всему свету искал, – сочувствующе вздохнул он.