Долго тебя ждала

 — Отпусти меня, пока я не врезала тебе по яйцам! Если так вы пьете кофе, боюсь представить, что творится в ее кабинете!

— Я еще не был у нее в кабинете, но когда отправлюсь туда, обязательно возьму тебя с собой! Мы сегодня встретились в первый раз. Чтобы обсудить программу моего восстановления и познакомиться.

— Ты издеваешься?! Считаешь, что я проглочу эту чушь? Вы не выглядели так, будто видите друг друга в первый раз.

— И как же мы выглядели?!

— Так, будто она пару раз тебе отсосала!

— Она? Отсосала мне? — смеется он издевательски.

— Не веди себя как идиот!

— Знаешь о чем я думаю, когда слышу слово “минет”?

— Мне все равно!

— Вижу твой рот и свой член. Сложи это вместе, нравится картинка?

Мои щеки вспыхивают как лампочки. Его грязные неприличные слова смешались в моей голове в гораздо большее количество картинок, чем одна. Много-много ярких картинок, от которых пылает не только мое лицо, но и тело.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сглотнув, я верчу по сторонам головой, бормоча:

— Говори потише…

— Про минет? — издевается.

— Зотов! — мне кажется, будто лицо сейчас загорится.

Нас обходят люди, искоса посматривая и прислушиваясь, в то время как Марк насмешливо спрашивает:

— Хочешь поговорить об этом?

— О чем тут говорить?!

— Ты права, лучше делом заняться. К тебе или ко мне?

— Даже не мечтай! — выкрикиваю, чувствуя, как по телу расползается волнующий огонь.

— Я попробую, — бросает он нахально.

Сказав это, разворачивается вместе со мной и, схватив под локоть, тянет по тротуару к припаркованной у дороги знакомой “Ниве”.

— Зотов! — угрожающе цежу сквозь зубы.

Еле поспевая за его широким шагом, я ударяю его кулаком по спине.

— Я никуда с тобой не пойду. Опусти! — упираюсь ботинками в присыпанный песком тротуар.

— Аглая, твою мать! — прижав мои плечи к пассажирской двери, он с будоражащей угрозой рычит. — Хватит сопротивляться. Меня это пиздец как заводит.

— Господи… — шепчу сдавлено. — Заткнись…

Эта грубость действует на меня по-животному дико.

Одарив дьявольской ухмылкой, он распахивает дверь и толкает меня в машину. Я падаю на сиденье, как безвольная кукла, прижимая к груди сумку, в которую вцепилась намертво.

Марк занимает кресло водителя и отбрасывает солнцезащитный козырек, из-под которого ему на колени падают ключи.