Дитя греха

Райанна рассмотрела чек, отложила его в сторону, взяла бумаги, пролистала их…

Потом сложила договор и чек в стопку и резким движением разорвала на мелкие кусочки, которые разбросала по сверкающей полированной поверхности стола.

— Мой сын не продается! Не про-да-ет-ся! И если ты когда-нибудь снова предложишь мне что-нибудь в этом роде… Ты чудовище, — с ненавистью выдохнула она. — Опасное омерзительное чудовище. Ты ни перед чем не остановишься.

Райанна, спотыкаясь, пошла к двери и схватилась за ручку, чтобы не упасть.

О господи, предложить ей деньги за собственного сына!..

Рыдания подступили к горлу Райанны.

Нет, только не здесь, не сейчас, не на глазах у этого человека…

Она прислонилась к двери, дрожа от охватившей ее слабости.

Алексис бросился к ней.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Я не позволю ему, не позволю… Райанна отшатнулась от мужчины, словно от прокаженного.

— Не прикасайся ко мне! — хрипло выкрикнула она и с силой оттолкнула его руку, одновременно пытаясь открыть дверь.

— Отстань от меня! Отстань! — в истерике кричала женщина.

Алексис замер. Противоречивые чувства переполняли его душу, но у него не было времени их анализировать. Мужчина видел, что Райанна еле держится на ногах. Он схватил телефон, набрал внутренний номер, что-то бросил в трубку на греческом и повернулся к Райанне.

— Сиделка сейчас будет здесь, она поможет тебе.

Грудь Райанны судорожно вздымалась, сотрясаемая бурными рыданиями.

— Пожалуйста, впусти ее.

Райанна отодвинулась. Мисс Томпсон немедленно взяла ситуацию под контроль — она быстро вывела всхлипывающую Райанну в коридор, бросив осуждающий взгляд на растерянного Алексиса.

Мужчина закрыл за ними дверь, тяжелой походкой подошел к письменному столу и опустился на стул. Он долго сидел не двигаясь и неотрывно смотрел на обрывки документа и отвергнутого чека.

Они больше не понадобятся.

— Где Ники? — встревоженно спросила Райанна.

— Кэрен читает ему. Он в полном порядке, просто сейчас отдыхает, — спокойно ответила сиделка.

Райанна устало закрыла глаза. Ее переполняли страх и отвращение к человеку, который мог пасть так низко, чтобы пытаться купить собственного ребенка.

Я должна выбраться отсюда!

Райанна затравленно взглянула на медленно отворившуюся дверь спальни.