28 сантиметров счастья

Царапаю ногтями ему грудь, впиваясь в твердую кожу, — не смей так обращаться со мной! Я буду твоей женой, а не молчаливой рабыней, ясно?

— С хера ли? — Садаев выталкивает меня из ванной, заставляя пятиться назад и отпускает только в комнате. Я отступаю, мрачно глядя на него, натыкаюсь лодыжками на кровать и забираюсь на нее, отползая подальше, — твое дело — родить детей и воспитать. Молча и покорно. Не отсвечивая.

— Нет. Потому что ты — мой первый мужчина. Больше никого не было ни до, ни после, — шиплю я, — и я от тебя беременна.

Имею право. Ты не одолжение мне сделал, взяв замуж, я бы и без тебя справилась! И я не обманом от тебя забеременела. Ты тоже виноват. Увлекся, — я криво улыбаюсь, когда в голове вспыхивают воспоминания, — видимо, не такая я уж и несимпатичная. У меня был выбор, за кого замуж выйти.

Ведь правда увлекся. Не хочу вспоминать, но помню. Как я вырубилась, лежа на животе, даже не накрывшись, пока он был в душе. И очнулась от того, как зубы на шее сомкнулись. Именно тогда, видимо, во мне запечатлелся его запах.

Дикий. Вдохнула его всем телом, не успев понять, что происходит. И в тот момент этот зверюга всадил на всю длину. Подмял под себя. Видимо, без защиты все проделал. Не помню, чтобы он на нее отвлекся.

Вся наша ночь была просто дикостью. Полным безумием. До самого утра, до рассвета. Тело уже просило пощады, размякало, не желая меня держать, но продолжало гореть от удовольствия в стальных тисках, объятиях этого мужчины. Это было ужаснее всего. Потому что я расслабилась.

Смогла прочувствовать все каждой клеточкой тела. Я наслышана, что не все девушки могли получить оргазм или насладиться процессом в первые разы. Иногда на то, чтобы стать раскованнее и отдать мужчине контроль над ситуацией, уходили месяцы. А тут я смогла этого достичь за час. Максимум.

Просто раскрыла себя первому встречному. Но сейчас, вспомнив все, не уверена, что смогу это повторить с кем-то другим. А с кем? С Гошей? Боже, какой стыд. Провалиться сквозь землю хочется, только поймав такую мысль.

Но если Садаев решит еще раз меня взять — я точно смогу отдаться. Именно так. Отдаться.

Потому что знаю, на что он способен. Знаю, насколько это приятно и дико. Если отключить разум, чтобы не было внутри конфликта. Потому что этот зверь — дьявольское воплощение. Умеет подчинить. В курсе, что с женщиной надо делать.

Рустам усмехается и я растерянно отвожу взгляд.

— Имеешь право, значит?

— Да, — бормочу, — я твоя жена. Я тебе доверилась и рассказала все.