Волчья хватка. Волчья хватка – 2

В этом видится проявление Божественной воли, господин Ражный. Как вы считаете? Или вы, как все патриоты, ненавидите американский образ жизни?.. А напрасно! У них есть чему поучиться. Но ниггеры! Ниггеры! Вот их проблема! Скоро они пустят всех белых… на шашлык. Не верьте американским фильмам, там сплошная ложь. Нет и никогда не будет дружелюбия и терпимости между этими расами…

Никто не знал, сколько бы еще пришлось выслушивать эту банальщину, если бы не открылась дверь и в Зале Трофеев не появился Агошков.

– Кушать подано, – скрывая сарказм, проговорил он в потолок.

Каймак в тот же миг оборвал свою речь, вскочил и устремился к выходу.

– Не беркикю, а барбекю, – поправил он егеря и сказал всем: – Приятного аппетита, господа!

Ражный облегченно вздохнул и открыто посмотрел финансисту в лицо.

– И где же повышенная энергия твоего шефа? Кажется, он вообще свихнулся после Америки… Понимаю, голодное детство, но при чем здесь наш проект?

Почудилось, Поджарову стало стыдно за шефа, отвернулся, будто бы доставая рокфор, сказал с бодрой усмешкой:

– Путь к сердцу мужчины!.

– В его присутствии никаких переговоров, – оборвал Ражный. – Мне он не нужен ни голодный, ни сытый.

– Опять ультиматумы, – расстроился финансист, махнул рукой и случайно уронил бутылку – вино хлынуло на скатерть и побежало к нему на колени.

– Он привез из Нью-Йорка два миллиона! Наличными! – отрывисто и страстно сказал он, не обращая внимания на потоп.

– Странно: кто дает такие деньги? Посмотреть – извращенец, послушать его – полный идиот…"

"– Да! У нас всякий инакомыслящий – идиот! – вдруг согласился Поджаров. – А для Штатов – вполне нормальный и прогрессивный человек и вовсе не извращенец. Везде в мире принимают и понимают, особенно богатые люди. Это мы тут все идиоты и извращенцы, потому что не умеем ни жить, ни работать, ни уважать друг друга.

– Много чего хочется…

– У богатых свои причуды… Находят общий язык. – Он понял, что хватил через край в своих верноподданических чувствах, прожевал и запил рокфор соком. – Никогда не ел этот сырок. И знаешь, совсем даже не плохо.