Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– Ты? – вместо приветствия спросила она, изо всех сил сдерживая выказывающего норов рысака. – Почему один? Уймись, скотище!

– Я с эскортом, за поворотом ждут. – Робер тоже натянул повод, так, на всякий случай. – Услышал Бочку, захотелось сперва с тобой… без чужих, хотя вообще-то я кардинала встречаю. Рокэ с Савиньяком, старшим, куда-то с утра умчались, вот Райнштайнер… комендант Аконы и попросил. Как Проэмперадора. Сам он не может из-за гаунау, мало ли что, хотя Хайнрих спит еще, то есть спал, когда я выезжал.

– Хайнрих? – расхохоталась алатка. – Женишок бывший, твою ж кавалерию… Вот радость-то!

– Женишок? – не сразу сообразил Иноходец. – А, да, ты же…

– Дурой была, – женщина заставила коня слегка попятиться. – А может, и не дурой? Гляну – пойму, ты-то как?

– Хорошо. – Вот именно: хорошо! – Все понятно, все свои, толку, правда, от меня маловато, ну так зима и Райнштайнер. Ты его не знаешь пока, это прямо бергер бергеров, после него дел не остается…

– И пиво с ним! – Матильда, не глядя, поправила белый с черным шарф.

"– Еще бы! Это я про Ноймаринена… – Бедняга. Прожить всю жизнь со своей… дамой в гранатах, честно прожить, и влететь на старости лет в живой огонь.

– Да не в Хайнрихе дело!

– Рокэ обмануть у меня не выйдет, и надо ли?

– Тьфу ты! – Алатка опять схватилась с шарфом, похоже, он был длинней, чем нужно. – Ворон про нас все знает, как и кошкин сын Валме. Вранье – для аспидов, они, даром что черные, раскишелись не хуже, чем в Агарисе, когда Адриан умирал. В Аконе нам в епископской резиденции жить, да и свиту с собой тащим, куда кардиналу без свиты… Короче, имей в виду: с муженьком я не то чтоб вовсе на ножах, но цапаемся мы частенько.

– Хорошо, но…

– Я тебе дам «но»! В седле крепко держишься?

– Как всегда.

– Ну смотри, сейчас пугать буду. Герцогиня Ноймаринен тебя сосватать хочет со своей дочкой, той, что из Бергмарк сбежала.

– Об этом она мне говорила. – Всего на ходу не объяснишь, но хотя бы главное нужно. – Я из Старой Придды потому и удрал.