Убийство церемониймейстера

Сейчас речь идет уже не о месте, а о его свободе и самой жизни. Думаете, он чем-то смутится? Нет, конечно. Арабаджев нанесет удар. И на этот раз своими руками, поскольку другого исполнителя ему не найти. Так что на месте Яновича я бы ходил по улице и оглядывался. Сомневаюсь, что его надолго хватит. Знаю по себе, что ожидание смерти очень удручает…

– Ну-с, попробуйте разъяснить пану все эти соображения. И заканчивайте с этим придворным убийством. Вы свое дело сделали. Пусть теперь ломают головы следователь и прокурор.

Лыков вызвал Яновича-Яновского на беседу. Кудрявый смазливый мужчина на вопрос о роде занятий ответил: «Меценат». Алексей знал по пребыванию в Варшаве, что так именуют себя все бездельники. Беседа закончилась ничем, так же как и очная ставка с Агейчевым. Поляк от всего открестился, а Снулого назвал лжецом и шизофреником… Выждав день, сыщик снова пожелал увидеть мецената. Того пришлось вести на Фонтанку под конвоем городовых. Янович запел было свою прежнюю песню, но Лыков быстро его оборвал.

– Ваш выбор очень прост. Или Арабаджев вас убьет, или вы упреждаете его и выдаете, после чего идете на каторгу. Но хоть живы останетесь! Защищать вас от покушения полиция не станет. Одним мерзавцем меньше…

Янович пытался храбриться. Алексей подал ему лист бумаги:

– Распишитесь и идите вон, мне тошно в вашем присутствии.

– Что это?

– Приказ о помещении вас под гласный полицейский надзор. Дважды в день будете отмечаться в своем участке.

– Но мне нужно срочно ехать в Варшаву!

– Постановлением следователя вам запрещены любые отлучки из Петербурга.

– Это несправедливо! Я буду жаловаться!

– Жалуйтесь. Но не забывайте отмечаться.

Янович-Яновский удалился в благородном негодовании, а его место занял Лерхе. Викентий Леонидович, как всегда, был хмур и задумчив.

– Распишитесь. Это извещение, что с вас снята подписка о неотлучке с места жительства."

"Дипломат поставил изящный автограф и лишь после этого спросил:

– Что сие означает?

– Сие означает, что подозрения с вас сняты. Мы установили преступников. Непосредственный исполнитель убийства сидит в тюрьме.

– А заказчик?

– Увы. Против него нет прямых улик. Он общался с убийцей через посредника, а тот пока молчит.