Таран

Еще через месяц он попытался переоформить на себя документы на квартиру, но был изобличен и, осыпая родителей проклятиями, скрылся в неизвестном направлении. А позавчера…

– Они встретили меня утром возле подъезда, – монотонно говорила Алена, едва заметно раскачиваясь из стороны в сторону. – Одного зовут Тофиком, второго Муслимом, кажется. Армяне или азербайджанцы, не знаю точно. Симпатичные такие парни. Черноволосые.

– Был у меня один азер, – прокомментировала Люда. – Зверь. Кинет палки три подряд, искусает всю, засосов наставит и смеется: «Что, ваши так не умеют?»

– Они кусаются? – испугалась Алена.

– Может, и не все. Хотя почему бы им не кусаться. – Люда посмотрела на таймер мобильника, убедилась, что время ползет медленно, и попросила: – Ты не отвлекайся, ты рассказывай. Что там твои брюнеты жгучие? Хор предложили?

– Хор?

– Это когда вдвоем долбят. Или втроем.

Алена побледнела.

– Что-то в этом роде, – пробормотала она.

– И сколько платят? – полюбопытствовала Люда.

– Мне?

– Ну не мне же.

– Нисколько, – прошептала Алена. – Это я им должна.

– Не поняла, – протянула Люда. – Хотя… Тебя братик, что ли, подставил?

– Да. Он проиграл им тысячу баксов, представляешь? И сказал, что деньги можно получить с меня. – Алена нервно переплела пальцы. – Сам удрал, а им мой адрес сказал. И вот они явились.

– В смысле, до сегодня?

– До завтрашнего утра. А у меня таких денег нет. И если я не отдам…

– Групповуха с получением от тебя расписки, – перебила Люда, которая не могла пожаловаться на отсутствие жизненного опыта. – Мол, я, такая-сякая, сама предложила малознакомым кавказским юношам вступить со мной в половую связь, желательно в извращенной форме, в чем нисколько не раскаиваюсь. И станут долбить они тебя во все дырки, а в перерывах заставлять тебя полы мыть и за чебуреками бегать.

– Был, – вздохнула Алена. – Я у тетки тысячу долларов заняла. Она их несколько лет собирала.