Следствие ведут знатоки

— А еще какие, например, экспертизы?

— Например, по отпечатку одного-единственного пальца я могу определить возраст. Или вот есть письмо. На марке, как правило, следы слюны. По слюне устанавливается группа крови того, кто наклеил марку. Неплохо? Если у человека определенная болезнь, то несколько капель его крови — почти как паспорт!

— И как это вам? — спросил Игнат. — Возня с трупами. С кровью. С чужой слюной. С души не воротит?

Зина коротко задумалась.

— Иногда случается, Игнат… но проходит.

— Скажите, — округлил глаза Афоня, — а почему он оставил нож, тот, кто дядю Лешу? Ведь это улика.

— Если б вытащил, из раны брызнула бы кровь, попала ему на одежду. Тоже улика.

— Хитер! Знаете, кого бы я пощупал — нашу бабку Иванову! В свои восемьдесят в спортлото играет. И по собственной системе. Если дядя Леша ее систему выведал, она свободно могла его пришить!

Пал Палыч счел, что настал подходящий момент."

"— Ладно, шутки в сторону. Серов был ранен, когда шел в вашу квартиру.

— В нашу?!

— Да, в вашу. Зачем? Что ему было нужно?

— Понятия не имею, — недоумевал Афоня.

— Игнат, у вас с Серовым были общие дела?

— Никаких.

— Может, он хотел что-то вам сообщить?

— Да он за час до того видел нас на футболе! — воскликнул Афоня.

— Подходил? — быстро спросил Знаменский. — Вы разговаривали?

— Нет, но мог бы, если ему надо. А он рукой помахал и все.

— Так… Тираспольский — вам знаком такой? Из одного дома с Серовым, владелец кофейного «Москвича».

— А, видали.

— Ничего о нем не слышали?

Игнат отрицательно покачал головой.

— Серову было известно, где вы живете? Подъезд, квартира?

— Возможно. Я вот знаю, где он жил, хотя мы у него не были.

— Смотрите, что получается, — Пал Палыч сцепил руки и наблюдал за Никишиными; те слушали внимательно и наконец-то серьезно. — Серов видит вас на футболе, но не делает попытки поговорить. Потом в воротах встречается с Тираспольским и сообщает, что намерен забежать в десятую квартиру. Спустя полчаса его находят раненным в подъезде. В этом подъезде есть десятая квартира, и единственные знакомые Серову люди — достоверно знакомые — вы.

— Нет, честно, не могу сообразить. Ты как, Игнат?

— Незачем ему к нам идти.

Пустой номер. Чтоб этого Левашова, сработал-таки минус!

— Что ж, давайте прощаться… Хорошо быть инспектором Варнике.

— И это говорит современный Шерлок Холмс! — снова поддел Игнат, поднимаясь.