Сделка

Надо немедленно найти одежду!

– Ох, не волнуйтесь так, Дмитрий! Вам совсем нельзя волноваться, у вас ведь… голова!

Еропкин постучал по собственной лысой макушке.

– Где все остальные? С ними все в порядке? Что произошло…потом? Когда пансионат загорелся?

Еропкин оглянулся за закрытую дверь и вздохнул.

– Живы-живы, не тревожьтесь. Вы всех спасли, Дмитрий. Вывели учениц из горящего здания, а сами вот не выбрались. Мы уж думали, все, конец вам, там так пылало – ужас. Елизавета все порывалась внутрь войти, за вами, да Ядвига с Кузьмой не позволили.

Оно и верно. Там наша княгинюшка и осталась бы. У вас-то был шанс… Так они сказали.

Еропкин отвел взгляд и снова вздохнул.

– И не ошиблись ведь! Вы выжили, на диво. Наш уважаемый Николай Петрович уже вторую неделю с ума сходит, все пытается понять, как так вышло.

– А Катя? – меня мало волновали сомнения Йеского врача. – Что с ней? Надеюсь, она не пыталась спасти меня из пожара?

– Катерина? – Еропкин потер подбородок, на котором пробивалась редкая растительность.

Верно, должным образом побриться левой рукой у Ореста не получалось. – Нет, она не пыталась. Дайте подумать… я, знаете, в тот момент и сам был не в лучшей форме, кто-то из мертвяков знатно приложил меня кулаком в нос. Кажется, Глафира… ох, зря о ней вспомнил… – Еропкин быстро осенил себя крестом. – Нет, Катя не пыталась войти в горящее здание, сейчас я помню это совершенно точно. Напротив, отошла в сторонку. Я еще подумал, что девушка выглядит странно, стояла под липой, озиралась, как блаженная. Словно не понимала, что с ней и где она. Может, тоже по голове получила? Но потом ничего, словно очнулась. Пошла к Лизавете, сказала что-то… Так что не волнуйтесь так сильно, с Катериной все в порядке. Она жива и здорова. Насколько я знаю, на днях они с княгинюшкой уехали в Тобольск.

– Зачем? – как-то ошеломленно произнес я. Катя уехала? Не пыталась меня навестить, не ждала, пока очнусь… просто уехала? Но почему?

– Так а как иначе? Пансионат-то все, сгорел. Всех учениц отправили или по домам, или перевели в местную школу для девушек, временно.

А там уж дальше, как выйдет… Учителей тоже распустили, кого нам теперь обучать? Я вот думаю податься на восток, за Лязмой, говорят, открыли новый пансионат, может, там сгожусь. Шумные города не по мне, я люблю, где воздух чище… Эх, жалко, конечно. «Золотой луг» мне домом был, столько лет… Как же теперь…

Орест быстро-быстро заморгал и отвернулся.

Я сидел, глядя в одну точку и пытаясь переварить услышанное.