Реквием по любви. Грехи отцов

Однако, чем меньше расстояния оставалось между ними и транспортным средством, тем яснее становилось – это не внедорожник Гордеева. Навстречу им мчался кто-то другой. И мчался очень быстро. Заметив это, Даня решил перестраховаться.

— Так, красавицы! — велел строго. — Встаньте-ка вы за нас! На всякий случай…

Одобрили его идею и Григорий, и Валентин. Мужчины фактически отгородили их с Соней от дороги собственными телами. Завидев их развеселую компанию, водитель автомобиля сбавил скорость. А поравнявшись с ними, и вовсе остановился, опуская стекло со своей стороны.

— Ба, какие люди! — в воцарившейся тишине громовыми раскатами прозвучал его голос. Прокуренный. Скрипучий. И знакомый до дрожи в коленях.

Спустя пару ударов взбесившегося сердца она поняла, кому он принадлежит.

Сергей Соколовский. Отец Пашки и Вики. Или просто… Шмель. Лиза замерла, с ужасом разглядывая собственную руку, сплошь покрывшуюся крупными мурашками. Каждый волосок на ее теле встал дыбом.

«Что-то не так! — пульсировало в сознании.

И неудивительно. Ее инстинкт самосохранения вопил благим матом в присутствии этого человека. Возможно, виной тому их недавнее столкновение из-за Вики и Андрея. А возможно… у нее просто-напросто началась паранойя. Самая настоящая. Ведь тревога не покидала ее ни на миг.

«М-да! — подытожила мысленно. — Такими темпами я быстро свихнусь!»

Тем временем их сопровождающие дружно поприветствовали мужчину.

Соколовский в свою очередь поинтересовался между делом:

— Детвору на прогулку вывели?

— Типа того! — хохотнул Валентин.

Не удержавшись, Лиза выглянула из-за плеча Верещагина. Видимо, зря. Перехватив ее взгляд, Шмель выбрался из машины. И тут же возникло жгучее желание бежать отсюда к чертовой матери. Однако, вопреки ожиданиям, на сей раз Соколовский-старший вел себя предельно адекватно.

— Ну, что, девчули? Поговорим? — он приблизился к ним вплотную, вынуждая их телохранителей немного расступиться. — Я вчера лишнего перебрал…

— Это еще мягко сказано! — огрызнулась Соня, сверля его хмурым взглядом.

— Собственно, да, — согласился с ней Шмель. — Палку я перегнул. Зла не держите, малышня. Я озверел просто, когда свою дочь увидел… с ним.

— Тот, о ком вы говорите, — буквально по слогам отчеканила Лиза, — очень дорогой нам человек! Наш названный брат! А вы… безжалостно избили его!

Мужчина задумчиво почесал свой щетинистый подбородок.

— Не могу сказать, что сожалею об этом! — выдал он в итоге.