Развод. Нас не вернуть

На ней блестело и переливалось вычурное колье, идущее в комплекте с массивными сережками. Она олицетворяла собой богатство.

– Я хочу поговорить с мужем, – посмотрела я на них, силясь просто стоять на ногах. Просто дышать. Просто жить. Один бог знает, как мне удалось сказать эти слова.

Голос показался сдавленным, не своим, я почти сипела.

– Полина, мы поговорим позже. Когда я вернусь. Иди к дочери.

– Вернешься или вернетесь? – заводилась я, сверля взглядом дырку в Диляре."

"Она насмешливо приподняла бровь. Так взрослый смотрит на потуги ребенка мнить себя зрелым и способным на то, что ему еще не по силам.

Змея. Гадюка. Подлая дрянь. И не стыдно ей смотреть мне в глаза? Не противно будет делить мужа на двоих? Или в нее с молоком матери впиталось, что это нормально?

Так вот для меня – нет!

Ненормально. Немыслимо.

Я не потерплю, чтобы о меня вытирали ноги!

Ради чего я должна терпеть эти издевательства? Мало мне было унижений от свекрови за те три года, что я в браке с ее сыном? Разве я не пожертвовала всем, чтобы стать женой Карима? И для чего?

Чтобы мне указали мое место?

Руки сжались в кулаки, ногти до боли впивались в мякоть ладони.

Еще секунда – и я торпедой полечу в сторону соперницы и растерзаю ее. И любимой свекрови добавлю. Да и мужа не пожалею.

Пусть они все поплатятся!

Но нет. Ничего такого я не сделала. Стояла столбом и ждала, что мне позволят присоединиться к семье, ведь разве я не член клана Мансуровых? Почему я должна выпрашивать это право?

– Я вернусь, и мы поговорим, – с нажимом проговорил супруг, тоже кидая взгляд на золотые часы, – нам уже надо спешить.

Сказал это, а сам остался стоять на месте, будто его удерживала невидимая сила.

Неужели он не хочет остаться со мной и нашей доченькой?

Может, я что-то не так понимаю? Любимый, как же так?

Наши взгляды встретились. Я умоляла глазами прекратить этот сюр, а глаза мужа ничего не выражали. Его словно подменили.

Мне стало страшно, пол под ногами пошатнулся, земля потеряла орбиту.

В глазах помутилось, передо мной замелькали мушки, и я, качаясь, нашла опору в спинке кресла, к которой прислонилась.

И что-то такое мелькнуло в глазах мужа. На одно мгновение.

Или мне показалось, что в них пробудилась забота обо мне, чуть не упавшей в обморок?

Но он снова ушел в глухую оборону и спрятался от меня, отдаляясь и раня.

Пустота и отчужденность в его глазах заменила прежний жар, с которым он всегда на меня смотрел.