Жена неверного ректора Полицейской академии (СИ)

Изумруд снабдил меня гелем для душа с ароматом манго, а Сапфир приволок шампунь-йогурт с ягодами ассаи и пушистое белоснежное полотенце взамен лысого казенного.

Когда я вышла из своей кабинки с горячей водой, от которой шел пар, перед ней уже образовалась очередь из девушек.

Роналис первой нырнула под лейку и тут же завизжала, как ошпаренная — вот жалость, тут же ледяная пошла!

— Повезло с горячей водичкой тебе, новенькая, — завистливо сказала Элисанна.

— Говорят, новичкам везет, — пожала плечами я.

— А правда, что на гербе Эльханской провинции изображены пончики? — елейным голоском поинтересовалась Розамунда.

Пшеничка уже помылась и теперь, завернувшись в свое тонкое серое полотенце, сушила соломенные пряди при помощи огненного цветка.

Такие цветки использовались в этом мире вместо фена, но были одноразовыми.

— В Эльхане готовят такие пончики, что просто ум отъешь!

— О, тогда мы будем звать тебя Пончиком, милая, — Мунда многозначительно переглянулась с подружками. — У нас тут у каждого есть прозвище, и ты отныне Пончик.

— Идет, — мило улыбнулась я. — Тогда я буду звать тебя Блинчиком. Или Блинницей. А, может быть, лучше Блиновкой? Как тебе самой больше нравится?

— Не могу взять в толк, при чем тут блины, милая? — картинно озадачилась Розамунда.

— При том, что они такие же плоские, как ты, дорогуша, — спокойно ответила я и немного приспустила полотенце на своей груди, давая этой сучке возможность оценить ее идеальную форму и далеко не малый размер.

До Розамунды быстро дошел смысл моих слов, и она заметно скривилась.

О, это было точное попадание, причем в самое больное место!

Мунда не могла похвастать грудью и старалась визуально увеличить свой невеликий размер при помощи различных пуш-апов — а значит, это ее волновало. В одежде было незаметно, но я видела ее и без одежды, когда они при мне занялись сексом с ректором, и мысленно отметила этот момент.

Теперь надо было дожимать Мунду, чтоб не дать ей опомниться.

— Кстати, насчет пончиков, — я обвела веселым взглядом остальных девушек.

Рацион в Академии полицейского ковена был простой и здорово напоминал армейский.

Сладким здесь курсантов не баловали, и это предложение вызвало заметное оживление среди сокурсниц. Прозвище, которое захотела навесить на меня Розамунда, было благополучно забыто.