Последняя из рода Мун: Семь свистунов. Неистовый гон

Она поняла, что что-то было не так, когда все четверо застыли над жуткой находкой в совершенной тишине. Отсутствие звука после их долгой возни и переругиваний было настолько оглушающим, что Элейн отыскала в себе силы подняться и подойти к ним чуть ближе. Оддин медленно обернулся, глядя устало.

– Что ж, Элейн, поздравляю.

Она вопросительно подняла бровь.

– Ты нашла Художника."

"Выдохнув «Что?», она обогнула Оддина. На оголенной груди и животе молодого мужчины, что лежал на земле, белели многочисленные шрамы.

– Это может быть не наш душегуб, – заметил один из полицейских.

Затем он присел на корточки и принялся разглядывать шрамы.

– Может, – кивнул Оддин. – Но я уверен, что это он. Слишком странное было бы совпадение: кто-то много лет назад наживую вырезал на теле этого парня символы, которые мы теперь находим на телах жертв.

– Но кто его убил? – спросила Элейн отворачиваясь.

– Думаю, это очевидно, – пожал плечом Оддин. – Кто-то, кому не нужно было, чтобы настоящий убийца мешал использовать его почерк.

Элейн вспомнила кое-что. Она отвела Оддина в сторону и прошептала:

– Госпожа Бойл сказала, что до бала ее муж не ночевал дома несколько ночей подряд. Говорил, что у него были какие-то дела.

Оддин кивнул, а затем поджал губы.

– Значит, этот тупоголовый Бойл оказался успешнее в поимке преступника, чем я. Это так льстит мне.

Улыбнувшись, Элейн накрыла ладонями его сжатые в замок руки.

– Ты слишком благородный, пытаешься действовать так, чтобы никому не навредить. Возможно, Бойл тоже использовал девушку в качестве наживки. А может быть, он пытал кого-нибудь каленым прутом, чтобы выяснить правду… А может…

Оддин рассмеялся:

– Спасибо, что пытаешься подбодрить. От тебя это слышать особенно ценно. Ты даже «благородный» сказала без насмешки. Это дорогого стоит.

Элейн шутливо хлопнула его по предплечью.