После — долго и счастливо

– С чего это они разрушены? Почему бы нам просто не исправить все?

Она снова вздыхает и слегка откидывает голову, чтобы посмотреть в небо.

– Не знаю, – произносит она и, видимо, удивляется своему ответу не меньше, чем я.

– Не знаешь? – повторяю я, улыбаясь.

«Черт, мы просто ненормальные».

– Не знаю. Я думала, что уже все решила, а теперь сбита с толку, потому что вижу, как ты действительно стараешься.

– Видишь? – Я стараюсь, чтобы это прозвучало как можно более безразлично, но чертов голос подводит меня и вырывается наружу каким-то мышиным писком.

– Да, Хардин, вижу. Только не знаю, что теперь с этим делать.

– Нью-Йорк точно не поможет. Он не будет новым стартом в жизни, или что еще ты там думаешь. Мы оба знаем, что ты просто ищешь легкий способ избавиться от всего этого, – говорю я и машу рукой между нами.

– Ты прав. – Она вырывает из земли пучок травы, и я не могу не порадоваться, что наши отношения длились достаточно долго для того, чтобы я знал, что это у нее такая привычка.

– Сколько времени тебе нужно?

– Не знаю. Сейчас я и правда очень хочу в Нью-Йорк. В Вашингтоне у меня все складывалось не лучшим образом. – Ее лицо омрачается, и я вижу, как она покидает меня, погружаясь в собственные мысли.

– Ты прожила здесь всю жизнь.

Она моргает и, глубоко вздохнув, бросает травинки себе на ногу.

– Вот именно.

Глава 62

Тесса

– Ты готов вернуться в дом? – шепчу я, прерывая молчание. Хардин ничего не говорил, и за последние двадцать минут я тоже так и не придумала, что еще можно сказать.

– А ты? – Он поднимается с земли, опираясь о ствол, и отряхивает свои черные джинсы.

– Если ты готов, то и я тоже.

– Я готов, – ехидно улыбается он, – но если ты хочешь еще поговорить о том, готовы мы или нет, то я не против.

– Ха-ха, – закатываю я глаза, и Хардин подает мне руку, чтобы помочь подняться.

Его пальцы мягко обвивают мое запястье, и он тянет меня вверх. Не отнимая ладони, он только передвигает ее ниже и берет меня за руку. Я ничего не говорю в ответ ни на нежное прикосновение, ни на знакомый взгляд, – он всегда так смотрит, когда его гнев прячется глубоко внутри и уступает место любви ко мне.

Его жест так естественен, в нем нет никакого расчета: его рука просто скользит по моей талии, и он притягивает меня к себе, пока мы идем по траве к террасе.