Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов 2

– Она просто хотела сделать из тебя их шпиона!

– Возможно. Но я их шпионом не стал. Я с ней не встречался. Не отвечал на её письма. И никак не помогал Неспящим. Не закрывал глаза на их существование.

Санаду тут же вспоминает, сколько шпионов Неспящих выловили в его кантоне, и невольно морщится: глаза-то не закрывал, но невольно попустительствовал своим бездействием.

– То, что ты не помог изловить Мару, показывает, что ты не на нашей стороне.

– Танарэс, – Санаду вздыхает, – давай не будем лукавить: я не один из вас.

Слишком отличное у меня происхождение и образ мыслей. Даже если я буду вести себя безупречно – я никогда не стану одним из вас, потому что вы никогда не забудете, что я чужак. Поэтому я был и буду на своей стороне. Но эта сторона не рядом с Неспящими. И не рядом с Марой. И не между вами, а куда ближе к вам.

– И на этой твоей стороне не принято сдавать преступниц!

– Не принято отдавать бывших любовниц в руки тех, кто хочет причинить им как можно больше боли.

– Она убила мою сестру!

– Твою сестру убили Неспящие.

Сами как явление. И Неспящие уничтожены. А Мара – Мара их олицетворение. Для тебя. Но это не делает её ответственной за все их преступления.

– Ну давай, скажи, что она жертва, – с презрением предлагает Танарэс.

– Все мы жертвы своих заблуждений, – философски замечает Санаду.

– Я не успокоюсь, пока её не уничтожу! Эта тварь… она… теперь она может сбежать куда угодно! Затеряться среди миров!

Настаёт черёд Санаду умолкнуть: он на такой исход надеется. Пока существовали Неспящие, а Мара жила, она не могла исчезнуть навсегда.

Существовал шанс, что она вернётся в Эёран по какому-нибудь их поручению. Но сейчас она свободна. Может убежать. И Санаду всем сердцем надеется, мечтает, что она так и сделает: убежит далеко-далеко, забудет о них и Эёране. И не удивительно, что одержимый местью Танарэс опасается того же – упустить свою цель.

На месте Мары логично было бы сбежать и не возвращаться, ведь свобода от Неспящих это ещё и отсутствие их прикрытия и сети шпионов.

Вот только Санаду сомневается, что Мара просто сбежит. Может, он знал её не слишком хорошо, но в том, что она упряма и не оставляет своего – уверен. Как и в том, что его она считает своим.

***

Гомон студенческих голосов, стук вилок и тарелок о посуду, басовитый смех. Сидящие рядом демоны что-то обсуждают, а я… моё сердце стынет, мысли мечутся, руки сжимают вилку так, что она сминается, словно бумажная.

– Клео! – зовёт кто-то.

Вздрогнув, поворачиваю голову.