Пограничник. Том 10: Тень \

Старый Муаммар медленно затянулся самокруткой. Выпустил густой, вонючий дым. Взгляд его оставался спокойным и безэмоциональным. Почти таким же, как мой.

— Если я не соглашусь, ты нас сдашь, так? — вдруг остановился Бледнов. — Ты доложишь Мухе про все, что узнал сегодня. Да?

— Вы спрашиваете, хочу ли я обречь вас на трибунал, а Анахиту на смерть? — спросил я.

— Да! Это я и спрашиваю!

— Нет. Не хочу, — сказал я. — Во-первых, в этом нет смысла. Во-вторых, мы упустим возможность.

— Возможность узнать что-то о вашем проповеднике⁈ — крикнул Бледнов.

— Мы — да, — ответил я, не поводя и бровью. — А вы упустите возможность спастись.

Бледнов остолбенел. Его бледное лицо вытянулось от изумления.

— Молодой Волк говорит правильно, — вклинился вдруг Муаммар.

Бледнов резко, так, будто бы его ударили в спину, обернулся к старику. Даже открыл рот.

— Бежать — значит сказать всем вокруг, что ты виноват, — сказал Муаммар. — Остаться и драться — значит не опускать рук и схватиться за шанс.

Старик снова приложил узловатые пальцы с самокруткой к губам.

— Я бы дрался, — сказал Муаммар, когда снова выдохнул дым. — Потому что драться — это единственная возможность остаться живым.

— Я согласна, — вдруг раздался тихий, подрагивающий голос Анахиты.

Бледнов снова обернулся. Уставился на свою жену.

Девушка стояла в дверях, немного опустив голову и плечи. Скромно сложив руки на животе.

— Аня… — тихо прошептал Бледнов.

— Я согласна, — повторила девушка.

— Ты не понимаешь, что говоришь… — Бледнов подошел к ней, постарался коснуться лица."

"Девушка мягко отстранила его руку. Слегка отвернулась.

— Я все разрушила, — сказала она. — Потому мне мои ошибки и искупать…

— Я… Я придумаю другой способ! Клянусь тебе! — взмолился Бледнов. — Придумай, как нам сбежать! Уйдем! Уйдем отсюда! Поселимся где-то на отшибе. Там, где будем в безопасности и…

— Куда бежать? — прервал его я. — И как?

И Анахита, и Бледнов почти синхронно посмотрели на меня.

— Что вы сделаете? Дезертируете, товарищ лейтенант? Соберете пожитки и уйдете в пустыню?

— Если потребуется! — приосанился Бледнов.

— И тем самым вы убьете всех, — сказал я. — Там только душманы. Только разбойники. А один вы не защитите свою семью. А мы — защитим. И когда все кончится, у вас появится шанс на спокойную жизнь.

Бледнов молчал. Он просто смотрел на меня дурными глазами.

— Он прав, — сказала Анахита. — Другого выхода нет, Ваня.