Разбуди меня (СИ)

Она полуночница, а я жаворонок. Среди военных сов не бывает. Перевоспитывают очень быстро!

Обещал себе начать заниматься, Литвин? Вот, давай… Нехер волю расхолаживать. Она тебе сейчас, может, ещё больше будет нужна, чем раньше.

Канат…

Кольца…

Невысокий рукоход. Друзья переварили высоту так, чтобы держась руками, ногами я стоял на земле.

И вот я стою, пытаясь делать шаг за шагом. Не чувствуя нихрена и волоча ступни по земле. Опереться на них и встать не вариант, колени ватные. Но я, мокрый от напряжения, упорно ""иду"", волоча ноги.

В доме такая атмосфера, что находиться там тяжело.

И я тяну, не желая возвращаться. Хоть бы Тати, что ли в сад вышла. Но дом ее словно опять вымер. Ни шороха, ни дымка…

После душа, выезжаю к Кире. Надо начинать говорить. Девушка ко мне приехала всё-таки.

Умотан так, что мышцы на руках судорожно подергиваются.

— Тетя твоя приходила.

— Мм. Познакомились?

— Ну так… — пожимает плечами. — Давай завтрак закажем?

— Кир… Здесь провинция.

— Понятно… — прикусывает губу.

Завариваю чай сам на низкой тумбе.

И мы молчаливо, вежливо завтракаем. На самом деле, уже обедаем."

"Сидим друг напротив друга. За столиком для нард. Их я закрыл и подвинул к стене.

— Ты меня заблокировал везде… — обиженно.

Откладываю в сторону вилку, откатываясь от столика. Прикуриваю, стоя в дверях на террасу.

— Кир, сколько раз ты ко мне прикоснулась за все это время?

А знаешь, почему так?

— Господи… Да я не знаю как прикоснуться! — бросает нервно вилку. — Ты словно другой человек!

— Это, — хлопаю по поручням. — Реально меняет.

— Ну я же не виновата в этом!

— Не виновата, нет… — вздыхаю я.

— Это ты виноват! Что рисковал! Подвергал себя опасности. И вот она выстрелила! Ты думаешь, мне легко принять это?

— Да? А раньше тебя это заводило.

— Мне казалось… ты всё контролируешь! Ты говорил — все под контролем! Ты говорил — это твоя профессия! Ты говорил — ты спец! — начинает снова рыдать она.

Мне немного срывает башню.