Опаленная судьбой

— Мне необходимо сделать несколько звонков на Дальний Восток. Часа через два поднимусь в спальню. — И с равнодушным кивком он начал резать свой стейк на кусочки.

Выходя, Хелен хлопнула дверью в надежде, что это его заденет, затем нашла в кухне Анну, поблагодарила ее за ужин и, к явному неодобрению старушки, попросила чашку какао.

Посмотрев на спящего Николаса, Хелен юркнула к себе в спальню.

Комната была меньше по размеру, чем хозяйская спальня. Кремовые и теплые желтые тона делали ее уютной и веселой. Вдоль стены стояли комод, туалетный столик и шкаф.

Она откинулась на подушки и отпила какао. Горячий напиток успокоил нервы, и она впервые со дня прибытия расслабилась. Теперь это ее жизнь. Николас — ее единственный ребенок, она не перенесет расставания с ним, а муж скоро поймет, что лучше сохранять исключительно дружеские отношения.

Она свободна от иллюзий насчет Леона. Она для него лишь небольшое приключение, маленькая невинная штучка, волей судьбы занесенная в его дом. Он — человек, которому подвластен мир, а мир полон красивых женщин. Ему будет нетрудно найти кого-нибудь, кто бы удовлетворял его мужские потребности, всегда в запасе найдутся одна-две любовницы.

Глава 8

Щелчок дверного замка заставил ее испуганно вздрогнуть.

— Что тебе угодно? — спросила она, стараясь правильно подобрать слова.

Мужчина медленно прошел внутрь комнаты. Темные брови надменно изогнулись.

— Это уже следующий вопрос, — протянул он, останавливаясь у края кровати. — И ты сама можешь на него ответить, если постараешься.

Он внимательно осмотрел жену, и от его пристального взгляда ничто не ускользнуло: ни пунцовые щеки, ни подрагивающие локоны на плечах, ни хлопковая безразмерная ночная сорочка.

Как эта маленькая ведьма посмела нарушить его распоряжение и сбежать из супружеской спальни? Прошлой ночью он подарил ей ночь любви. Можно понять первый шок и страхи, которые охватывают каждую девственницу, но он вел себя предельно нежно. Так что это опять за новая игра? Он достаточно натерпелся от первой жены и больше никому не позволит измываться над собой.

Хелен чувствовала, как от мужа веет яростью.