Опаленная судьбой

Сердце трепетало в груди, словно дикая птичка в силках. Леон никогда не поймет преимущества дружеских отношений. Он сказал, что на звонки у него уйдет часа два, а прошло минут тридцать, не больше.

— Тебе нечего сказать, Хелен? — Его холодный взгляд пронизывал ее насквозь.

— Ты сказал, что собираешься работать, — смело огрызнулась она."

"— Я работал, но Анна зашла меня предупредить, что моя жена выбрала себе комнату под студию. — Леон зло усмехнулся. — Она, доверчивая душа, и не заподозрила, что ты собираешься здесь спать.

— О! — Его глаза безжалостно сверкнули. — Это все, что ты можешь сказать?

Хелен сглотнула ком в горле.

— Прошлой ночью я сказала тебе, что не желаю делить с тобой спальню, — ринулась она в бой.

— Почему? — искренне удивился он. — Прошлой ночью не осталось ни кусочка твоего тела, которого я бы с твоего позволения не изучил.

Несмотря на то, что слова его являлись правдой, в них ей слышалось оскорбление.

— Ты отвратителен, — от возмущения ей было трудно дышать.

Леон придвинулся ближе. Три верхних пуговицы на его рубашке были расстегнуты. По крайней мере он одет, подумалось ей, и она вспыхнула от стыда.

— Уходи.

Не говоря ни слова, он потянул покрывало с дивана себя.

— Не смей! — закричала Хелен, схватив покрывало за другой край и швырнув чашку с какао прямо ему в голову.

Чашка попала Леону в грудь, горячий напиток выплеснулся. Хелен видела, как он дернул головой, и замерла в ужасе.

— Мне очень жаль, — пробормотала Хелен, затравленным взглядом взирая на темные пятна, расплывающиеся у него на груди.

Лицо Леона стало мрачнее тучи.

— Еще как жаль.

Он выругался и стащил жену с дивана. Она пыталась сопротивляться, но он, будучи гораздо, сильнее, поволок ее в ванную и запер за собой дверь.

От страха Хелен плохо видела, в критических ситуациях сказывались проблемы со зрением. Когда наконец пелена спала с глаз, она увидела, что он сбросил рубашку: все волосы на его груди слиплись от какао.

— Мне правда очень жаль, — пролепетала она. Леон бросил на жену уничтожающий взгляд, схватил ее за руку и втащил под душ.

— А теперь смывай свою работу, — приказал он, включив кран и вручив ей мыло.

Сверху на них брызнула вода.