Двое среди руин

Я сглотнул и промолчал — ответить нечего. Что-то чудовищное опять происходило с землей — и с нами. И рядом не было никого, кто мог пояснить нам природу происходящего явления.

— Это смерть. Я чувствую!

— Нет! Пока мы живы — это не смерть! Никогда не сдавайся — даже если уже нет сил! На нас никто не нападает. И еще ничего не произошло… кроме темноты. Будем держаться все вместе. И ждать.

Она всхлипнула — обреченно и жалостно.

— А вдруг, это навсегда? Вечная ночь…

— Не думаю.

Я старался ее успокоить, а у самого кошки скребли на душе… и пот холодными струйками сбегал по спине. Такого ужаса не испытывал уже давно. Даже появление нового чудовища не смогло бы вывести меня из себя так сильно, как эта необъяснимая тьма. Угар, от избытка чувств, принялся было подвывать — я пнул его в бок, жестко приказав:

— Заткнись! Не хватало еще, чтобы ты к нам привлек кого-то из ночи…

Он тоже дрожал, и я ухватил его за холку, опасаясь, что он может обезуметь и броситься со страху, очертя голову, в темноту и ужас этой внезапной тьмы.

Ната почти беззвучно плакала, шепча:

— Зря все… Лучше бы, это уже случилось. Все, не так жалко умирать — и мне и тебе…

Она так тихо это произнесла, что я решил, что у меня начинаются галлюцинации… Что случилось, отчего не жалко? Не стал ничего переспрашивать, сочтя все вопросы на этот счет неуместными

— Ната… Я с тобой.

— Дар, — она вдруг перестала всхлипывать и повысила голос. — Я, кажется, знаю!

— Что?

— Я догадываюсь… Мне так хочется, чтобы это оказалось правдой!

— Да что же? — я почти кричал на нее, сам теряя голову и желая, как можно скорее узнать причину темноты.

— Это — затмение! Солнечное затмение! Просто так темно, потому что солнца мы вообще…

— Не видим! Я понял, Ната!

Она снова повторила, словно убеждая в этом не только меня, но и саму себя, в первую очередь.

— Затмение… Это затмение.

Я обнял их обоих и крепко сжал — будь что будет… Наверное, прошла вечность. Первым заметил еле уловимые проблески Угар: он так громко залаял, что мы от испуга подскочили и больно ударились головами.

— Свет! Свет на горизонте!

Нет, это было не солнце.