Обольстительница в бархате

— У тебя нет времени на визиты вежливости, — напомнил он. — Ты сам плакался вчера, что должен написать полудюжину поэм меньше чем за неделю. Я сегодня вечером сам съезжу к Уорфордам, после того, как схлынет волна обожателей Клары. И расскажу обо всем, когда вернусь.

Глава 6

Как часто мы наблюдаем изменения в выражении лица под влиянием чувств! И как велико количество метаморфоз, происходящих с красотой, которые возникают, когда Мода взмахнет своей волшебной палочкой! Неистощимая в средствах, она властвует над женской половиной человечества с особым деспотизмом.

«Ассамблея красоты», 1827 г.

Четверг, вечер

Этим вечером лорд Лисберн постоянно слышал одни и те же разговоры. И в особняке Уорфордов, и везде. Он так и не смог поверить в то, о чем все говорили. Ему нужно было увидеть это своими глазами."

"Сидя в открытом экипаже, который катил его в Гайд-парк, он не мог не заметить серого неба, не обещавшего ничего приятного, и давящей атмосферы. Но это было где-то там, в вышине. А вот рядом с ним, на улице, по которой он проезжал, царила суматоха — мчались кареты, метались животные, суетились люди.

От улицы Сент-Джеймс-стрит до Гайд-парка расстояние невелико. Проблема заключалась в том, что сейчас все — под «все» имеется в виду «всякий» — двигались в одном направлении. Даже несмотря на то, что сезон почти закончился, высший свет мог выставить такое количество экипажей и всадников, которых хватило бы для того, чтобы заполнить ими парк в это время дня, которое знать считала своим по закону.

И всем хотелось узнать, в чем она будет одета, исходя из разговоров леди Уорфорд и модисток из «Модного дома Нуаро».

Люди хотели увидеть, в чем появится Глэдис, а не Клара.

Когда Лисберн подъехал к Гайд-парку, он понял, что это желание овладело даже представителями низшего сословия. Они стояли кучками не только при входе в парк, что обычно наблюдалось по воскресеньям, но и вдоль перил, ограждавших дорожки.

Толпа поредела только ближе к триумфальной арке, где Лисберн наконец сумел оглядеться вокруг и тут же заметил ее.

Не Глэдис.

Леони Нуаро!

Она стояла у перил в окружении нескольких мужчин недалеко от статуи Ахилла.