Невеста по расчету

У Роберта просторные апартаменты в респектабельном районе, в которых я провела уже две недели. Ровно столько, сколько вообще нахожусь в столице. По утрам я вижу бегунов с наушниками, а вечерами не слышно подвыпивших компаний. Здесь тихо и красиво, и при других обстоятельствах можно было бы сказать, что я вытянула счастливый билет.

Но мои обстоятельства таковы, что это скорее черная метка."

"Мне выделили отдельную спальню со своей ванной. Я думаю о ней, пока мы едем назад. Надеюсь, что сегодня ничего не изменится, и я смогу переночевать за закрытой дверью.

В моей ванной лежат десятки коробок с косметикой. Не знаю, для чего столько. Когда я впервые увидела подарочные боксы и брендовые линейки, на мгновение почувствовала себя именитой актрисой. Или какой-то известной девушкой, которой специально присылают образцы, чтобы она похвалила их на огромную аудиторию.

В жизни Роберта вообще много излишеств. Если открыть холодильник, то его полки напомнят витрину магазина. Еды, правда, почти нет, но напитки стоят красочными рядами.

Если заглянуть в гостиную, то можно увидеть сразу два камина. А если набрать номер ресепшн, то придут три человека на помощь. Даже из-за пустяковой проблемы.

Мне трудно к этому привыкнуть.

Стены давят на меня, а не прогибаться под Роберта становится всё сложнее. В этом неприятно признаваться, ведь хочется считать себя смелой и волевой, но в жизни обстоятельства зачастую не соотносятся с нашими идеалами. Ему даже не нужны угрозы и проявления силы, я живу рядом с ним и каждый день вижу его богатство.

Роскошь и влияние. Когда человек может позволить себе так много, невольно задумаешься, а что можно ему противопоставить? Если он выбрал красивую рамку для своей коллекции и нашел место на стене, куда хочет пригвоздить меня как бабочку, остается только вырываться так, чтобы не переломать крылья.

Я и пытаюсь.

Подбадриваю себя как могу.

Докатилась до того, что считаю за везение то, что Роберт не урод. Он даже мог бы быть красивым. У него правильные черты лица и спортивная фигура, он явно ухаживает за собой, находя время для зала и массажей, но высокомерная печать всё портит.

И он грубый, он очень грубый.

– Устала?

Я оборачиваюсь на его вопрос и только через мгновение понимаю, что он спросил.

– Да, – вру, на самом деле я в порядке, но так больше шансов побыстрее уйти к себе. – Вечер был длинным.

Роберт стаскивает с плеч пиджак и бросает его на комод в холле. Я тянусь к застежкам туфель.

– Не снимай пока, – говорит он.