Не единственная

Работал, когда его привели в огромный зал и уложили на черный постамент, а Трое и несколько сущностей помельче глумились, обещая показать последние минуты мира, который он охранял.

— Мы не убьем тебя, — мерзко улыбнулся Краах. — В отличие от этих архоа, — он указал на Кая и Ингрит, лежащих по соседству. — Ты не умрешь, когда поделишься своей кровью и силой. Ты увидишь наше торжество. А потом… проведешь тысячи лет в камере. Со временем восстановишься, и мы повторим ритуал. Ведь силы никогда не бывает много…

Рональд молчал.

Этого нельзя было допустить. Но чутье, наработанное за две тысячи лет, подсказывало, что узнать не удастся… Слишком сильно подсказывало.

* * *Бегом они бросились вперед по коридору. Эдор впереди, Аньис и Ингорио за руку — сзади. Пустые камеры мелькали, заставляя морщиться от боли и отвращения. Наверное, тюрьма была куда обширнее, они просто сразу вышли в центральное отделение, где держали самых опасных для ада пленников — архоа. И Рональда. Черные зевы боковых коридоров появлялись тут и там, пугая неизвестностью. Но обратить на них внимание было некогда. Наконец коридор закончился, и они оказались в таком же зале с псами.

Аньис снова встала, раскрыв руки, дождалась, когда псы принюхаются и остановятся. Аньис с Эдором и Ингорио побежали вдоль стенки в другой конец. Нырнули в черный ход…

Потянулись бесконечные коридоры. На распутье Эдор принюхивался, но каждый раз уверенно махал рукой, и они бежали дальше.

В самом конце послышался шум. Гул нарастал по мере приближения. И стало ясно, что впереди огромное пространство, откуда раздаются сотни трубных голосов."

"— Вперед! — бросил Эдор и побежал на звуки.

На пороге показались зеленые, черные и красные сущности много выше человеческого роста. Они попытались закрыть проход. Ингорио выпустил несколько светящихся стрел. Эдор поднял руку с кольцом, и сотворенные им огненные шары разнесли в клочья огромные тела. Аньис вжалась в стену. Ей никогда не приходилось бывать в битвах. И теперь ее тошнило от ужаса.