Переводчик

— Надо тобой заняться. Хоть и поздно уже.

Они подогрели на печке банку тушенки и съели с хлебом, запивая чаем. Ближе к десяти часам в блиндаж спустились остальные жители: Володя Мишин, Глеб Иванов, лейтенант Витя Данилов и три сержанта-контрактника из роты Иванова. В блиндаже стало тесно. Везде сушились развешанные портянки, носки, перчатки, штаны и куртки. Запахло человеческим потом и еще чем-то кислым.

Олега толкнул Мишин:

— Ну что, не трясет тебя больше?

— Из-за трупов? Пока нет.

— А чего же тебя так тошнило? — Олег уловил в голосе Володи нотки издевательства.

— Перепил вчера, вот и полезло…

— А штаны ты не намочил, а? — Мишин захохотал. Его поддержал Данилов.

— Прекрати! — повернулся к смеющимся Иванов. — Себя вспомни…"

"— Меня хоть не тошнило так… — оправдываясь, ответил Володя.

— Зато и слова сказать не мог. Мычал всё… а Олег говорил, и не терялся. — Иванов усмехнулся.

Олег молча слушал, как препираются ротный и командир группы.

— Да, но я сам тогда «духа» завалил, а он только смотрел на трупы.

— Ага, только не забывай, что тебя четыре года специально этому учили, а он в спецназе человек случайный. Его удел работать головой, а не руками.

— Все равно.

— Хорош базарить! — наконец не выдержал Глеб. — Заткнись.

Мишин замолчал, но зло посмотрел на Олега. Нартову этот взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Вот напьюсь и набью тебе рожу, — сказал вдруг Володя.

— За что? — спросил Олег.

— За то, что мне твоя рожа не нравится!

— Остынь! — повернулся капитан к Мишину.

Олег подумал, что если сейчас не ответить достойно Мишину, то потом все так и будут относиться к нему с издевкой.

— Попробуй! — запальчиво отозвался Олег. — Мне твоя рожа тоже не нравится…

— Ты видел, командир? Я по горам бегаю, голову свою под пули подставляю, а этот сопляк сидит тут, и еще ему что-то не нравится! — вдруг Володя подался чуть вперед и, размахнувшись, залепил Олегу в челюсть.

Нартов от удара повалился на нары.

— Стоять! — крикнул Иванов, пытаясь остановить шагнувшего к нарам Мишина, но лейтенант подскочил к Олегу, и снова влепил ему в челюсть.

Олег, только что вставший, снова повалился спиной на нары. Лунин, Данилов и контрактники сидели молча, и в потасовку не лезли.

— Он еще и пацанов моих каши сегодня лишил! — крикнул Мишин, и размахнулся в третий раз.

Олег, вспомнив свои университетские занятия боксом, поднырнул под руку, и провел короткий, но мощный хук в нос Володе. Брызнула кровь.