Горничная особых кровей

— Ой! — перепугалась Несси. — Гримми меня убьет!

Горничная вскочила с кресла и понеслась куда-то. Маришка с гордостью творца посмотрела на ее волосы, заплетенные в тугую косу. Коса так плотно прилегала к голове, что это выглядело странно.

— Ничего, — проговорила горничная. — Это на ней такая коса не смотрится, а на владетеле будет смотреться роскошно.

— Я так заплести не смогу.

— Сможешь, просто нужна практика. Если что — звони. Буду помогать советом. Если хочешь, сброшу тебе подробную инструкцию, как превращать владетеля в симпатичного человека.

— Симпатичного? — подняла я бровь.

— Сейчас владетель — холодный красавец. Таких боятся. А нам нужно, чтобы он стал симпатичным.

Я вздохнула. Голова пухла от Маришкиных указаний и советов.

— Вот тебе лучше и заниматься им. Я ему так и скажу — светлейший, вот кудесница Марина, она вас в кого угодно превратит.

Девушка поглядела на меня лукаво и улыбнулась так, что, будь я мужчиной, уже была бы очарована.

— Реги-и-и-нка, владетель тебя выбрал, а не меня. Ему хочется, чтобы именно ты с ним возилась, а не другая девушка.

Мне снова стало жарко, хотя в уголке, где мы уединились, было прохладно.

— Как ты зарумянилась, — шире улыбнулась Маришка.

— Мне просто жарко стало!

— У вас роман с владетелем?

Я скривилась, словно хлебнула кислоты, и посмотрела на горничную, будто это она мне кислоты предложила.

— Ты сознаешь, что говоришь?

— Да, у вас роман, — уверилась в своей мысли девушка. — Я такие вещи распознаю сразу, потому что родилась под звездой любви.

— Даже не знаю, как ответить на такое.

— Ну, так, не отвечай. Кстати, мои советы не бесплатны. За то, что я сегодня тебе рассказала, ты обязана отплатить мне услугой.

— И чего ты хочешь?

— Я хочу стать другом Тоя Ильмонга.

Услышав, как поет Той, я поняла, почему он вызывает у женщин неадекватную реакцию. Но я по-прежнему не понимала, как можно верить что он, артист первой категории, свяжется с простой девкой с закрытой планеты. Планеты, которая даже не состоит в Союзе людей. Маришка, конечно, само искушение, но таких смазливых девушек — миллиарды во вселенной.

Ильмонг пристает к любой мало-мальски симпатичной женщине, что появляется поблизости.

— Я знаю, — кивнула Маришка.

— Знаешь, и все равно хочешь быть с ним?

— Ты слышала, как он поет? — спросила горничная. — Ты видела, как он играет на сцене? А его танцы? Он великолепен. На него смотришь, и забываешь обо всем. В нем живет магия, он феномен… Когда я… когда мне было плохо, он меня спас.