Голод

- Рич! Мы его так долго не удержим!

- Генри, брат! Прошу, посмотри на меня! Приди в себя, братишка!"

"Чьи-то ладони легли на моё лицо и синие глаза смотрели на меня в упор, умоляя.

Такие же синие, как у меня.

Такие же синие как были у отца…нашего отца.

- Ричард… - прохрипел я судорожно, - Где Соня?...она…что я сделал?!

Кровь. Много крови было на белом кафельном полу, когда я снова закричал, пытаясь найти её.

Глава 114.

- Дэм, мы должны утащить его наверх, в одну из палат!

- Ты шутишь, да? Как ты себе это представляешь, если мы с трудом можем его держать?!

И меня снова пытались скрутить.

Меня тащили куда-то, закрывая мне рот, шипя и умоляя прийти в себя.

Запихивали в какое-то маленькое тесное пространство, откуда я пытался выбраться, борясь с этими тенями снова и снова.

Меня тащили по темным коридорам, заталкивая в какую-то комнату.

И из последних сил я пытался отбиться, чтобы убежать.

- Какой демон в него вселился, Рич?!!

- Генри, посмотри на меня, братишка! – синие глаза снова оказались передо мной, настойчиво проникая в мое сознание, и прохладные руки снова держали мое лицо, - Это я, Ричард, твой брат. Приди в себя, братишка! – черные брови умоляюще изогнулись в глубине зрачка было столько боли и паники, что я ошарашено обвис в руках, держащих меня.

- Брат…

- Да, это я, мой мальчик! – его руки судорожно обхватили меня и большое тело, пахнущее чем-то очень родным и таким знакомым, прижалось ко мне, дрожа от паники, - Борись со зверем, брат! Борись! Только не пропадай!

Он снова смотрел на меня, и теперь я видел лицо, своего брата.

- Боже мой, Рич…что я натворил….где Соня? Она… жива?

Чувствуя, что в мои мышцы снова забирается зверь, моя ярость и желание, моя боль и паника, я дернулся, но меня держали крепкие руки.

- Соня с Ником, он присмотрит за девочкой.

- Боже мой! – выл я, содрогаясь всем телом, чувствуя, что я не могу контролировать его.

Мышцы снова сводило судорогой, пока они набирались новой ярость, новой силой.

Член по-прежнему дергался, словно живший отдельно от меня организм, которому было плевать на мою израненную душу и снова я хотел только одно – Соню.

Сейчас же.

Подо мной.

На мне.