Дурная

Я даже сумочкой своей замахнулась на одного из контролеров, который тут же распахнул передо мной вход в мир шика и лакшери, обрушившейся на мою скромную персону сразу, слишком резко и слишком ослепительно.

Свет ударил в мои глаза, и показалось, что я оглохла и ослепла одновременно. Сейчас сама себе казалась маленькой и ничтожной бактерией.

– Кто вы, прекрасное виденье? – совсем рядом, прямо возле моего уха раздался голос, который я бы никогда уже не спутала ни с чьим другим. Голос того, кого я сейчас была готова растерзать за унижение и обиду, пережитую мной минуту назад.

– Царевна – лягушка, – прошептала, наконец оценив обстановку.

– А я Кощей, – хмыкнул Боярцев, – а значит…

– Это значит, что ты знаком с нашей восхитительной гостьей? – насмешливый баритон вклинился между мной и Боярцевым, чем спас его от неминуемой расправы. Я прикидывала как его казнить, расческой или губнушкой до смерти замазать. – Мак, представь меня даме. Кстати, я не могу определить, из-под чьей игоы вышло ваше платье.

– Я бы с радостью, но не знаю, кто скрывается под маской, – хмыкнул Макар. – Знаю только, что нас посетила Царевна Лягушка."

"– Да, и прибыла я сюда в коробчонке. Меня зовут Даная Боярцева, и платье это – мое творение, – тихо сказала я, умирая от счастья созерцать вытянувшуюся физиономию Кощея, стянувшего маску со своего изодранного лица. – Да, дорогой. Вкусом тебя бог обделил. Тот наряд, что ты мне прислал, оказался совершенно отвратительным. И, кстати, зря ты нацепил маску, раны должны дышать.

Макар БоярцевДа нет, ну какая совесть? Я старый солдат не знающий слов любви. Мне не было стыдно за свой поступок. Ну в чем подлость тут, скажите? Просто благоразумие, помноженное на холодный расчет.

– Мак, ты постоянно смотришь на дверь? Так соскучился по своей жене? Мадам красотка наверняка если ради нее ты бросил Кэт, – хмыкнул Луи, вертя в пальцах бокал с бордо. Вино оставляло на стеклянных стенках «дамские ножки», и казалось густым, словно сладкая кровь. – Она опаздывает.

– Красотка? На любителя, дорогой Луи.