Дурная

– Я сейчас ему… – вякнула я, наконец вытянув на свет божий чехол с платьем, которое искала. – Господи, ну что из него вырастет? Я очень хочу, чтобы хотя бы пока я рядом, этот мальчик побыл просто ребенком. Воспитанным, залюбленным, пусть слегка хулиганистым. Слегка… Понимаешь? А он…

– Не трогай пацана. Из таких как он вырастают богатые, уверенные в себе, брутальные дядьки. Такие, как его отец. А с твоим воспитанием он станет цветочком-василечком, восторженно глядящим в синее небо воловьими глазами. Ты ему не мать, уясни.

– Боярцев обещал, – проныла я. – А сегодня мы идем на прием, в честь осеннего дефиле. Лизка, это же моя мечта была, понимаешь? Приглашения прислале, мистеру Боярцеву и его супруге. Там будут такие мэтры, просто небожители моды со всего мира.

– А обещаного сколько ждут, помнишь? Вы пришли то чего?

– За платьем, – вздохнула я, прижав к себе брезентовый одежный кофр, который купила явно в каком то припадке необъяснимого безумия.

– Что ж, муженек твой платьюшко тебе не справил? Все богатенькие – жлобье, – ведерная кружка в руке подруги дрогнула. И у меня поджались все сфинктеры.

– Нас с Лехой не пустили в магазин, – уныло хныкнула я, дергая заевшую молнию на кофре. Деньги дерут, а качество оставляет желать лучшего.

– И ты ушла? Не закатила скандал, не сказала, чья ты жена, не испепелила этих подонков? – Приподняла бровку Лизон, став похожей на страшного монстра из глубин вселенной.

– Это сделал Леха, ты права, он копия Лось, тьфу, то есть Макар, прости господи, – молния наконец-то поддалась, и мой «хлюп» носом потонул в треске замка змейки. – Только… Платье, в общем…

– Не мямли.

Я больше не говоря ни слова метнулась в прихожую, где оставила прозрачный чехол с дизайнерским безумием, в которое решил меня нарядить «любящий» муж.