Дело оперское. Рокировка

Иван сказал:

— Я неделю назад уже слышал такое от блатных. Они угорали: мол, шестой отдел на наркоте бабки делает.

— Я тоже подобное уже слышал недавно. Причем говорят и при этом так уверенно и нагло в глаза смотрят. Явно не спроста.

— Когда суд у Уткиной?

— Через неделю. А что?

— Подожди, — Иван несколько мгновений смотрел куда-то вдоль коридора, но недодуманная мысль ускользнула от него. — Что-то чувствую знакомое, я привязать к чему-нибудь пока не могу.

— Ладно, подумаешь об этом на досуге.

Опера вошли в кабинет. Лимон уже рассказывал Сорокину подробности жизни Фиксы…

Фикса, не дождавшись к назначенному времени Лимона, набрался смелости и позвонил в дежурную часть. Там ему сказали, что гражданин Лимонов находится в ИВС. Фикса схватился за голову и хотел, было ехать к Тане на разборку, но вовремя передумал — разум взял верх над эмоциями. Своим парням он объяснил коротко:

— Дурак этот Лимон, что попался. Вот теперь, как хочет, так пусть и выкручивается! Я ведь вам сто раз говорил, что нужно все делать осторожно! Если есть подозрение на опасность — лучше отступить и вернуться в другой раз, когда будет благоприятная обстановка…

Пацаны хмуро смотрели на своего предводителя, но ничего ему не говорили.

Иван после допроса Лимона поехал к Чифу, которого он застал под машиной. Чиф сам ремонтировал свою машину.

— Здорово, начальник! — Чиф выбрался из-под машины и протянул промасленную руку.

Иван поприветствовал его и пожал руку за запястье.

— Чем занимаешься? — спросил опер.

— Да вот, решил снова машинами заняться, как в старые, добрые времена.

— А что, блатная жизнь заела?

— Не заела, но сейчас Фикса на положении, а у меня с ним, как ты знаешь, некоторые противоречия.

— Что, решил открыть автосервис?

— Да. Надоело жить и дрожать от страха, когда же вы меня посадите.

— Тоже верно.

Они помолчали. Иван заглянул в салон. Там все было разобрано: видимо, Чиф занялся своей машиной серьезно.

— С Фиксой общался?

— Приезжал он вчера. Предложил бабки на «общак» откладывать.

— А ты что?

— Так поговорили. Без эмоций. Что я, ребенок что ли? За что я ему платить буду? Ну, он понял. Он во мне сейчас противника не видит. Ну и черт с ним…

— А ты в нем противника видишь?

— А что я? Его сходка воров на положение поставила.