Белое солнце дознавателей

Уверена, он предпочтет лицезреть сытую и умиротворенную Блау, благодушно воспринимающую новости о проигрыше – а в том, что мы продули всё, что могли за сегодня, сомнений у меня не было никаких. Чем злую и голодную сиру.

Геб вздыхал, допрашивая, почему мы побежали – неслись сломя голову по лестницам Академии, потом летели быстрым шагом по улицам почти квартал, пока не нашли подходящее место.

Чтобы взбодриться? Потратить энергию, которая бурлила внутри? Внятного ответа на этот вопрос я не знала, просто знала, что бежать на тот момент – это самое инстинктивно верное, то, что нужно было делать.

Бежать – было правильно. И мы – побежали.

Лидсу я сказала, что очень хотела сладкого. Хотела так сильно, что просто не могла ждать.

– Про накопители, – опять заныл Геб. – У тебя, как у наследницы, столько дел... задачи клана, учеба, дела... зачем тебе отвлекаться на артефакты?

Я вытащила ложечку изо рта и с подозрением покосилась на Лидса.

– Давай... давай с этого момента схемы буду рисовать я?.

– Нет, – я зачерпнула ещё десерта и медленно, смакуя, облизнула ложку. – Ты не нарисуешь так, как я... или... ты хочешь сказать, что я рисую...плохо...м-м-м?

– Нет! Вайю, – Геб мучительно подбирал слова, – так как ты... эм-м... так как ты, совершенно точно не нарисует никто! – нашелся он, наконец. – Но я делал заготовки почти декаду и... накопители стоят денег... больших денег... поверь мне.... тебе... схемы...

Я с любопытством наблюдала за тем, как он краснеет – кончики ушей заалели, но подбородок он выдвинул вперед упрямо – за свои артефакты будет стоять до победного.

– ... я буду честен с тобой. До конца! – выдохнул Лидс, как перед прыжком в воду. – Вайю. Иногда нужен близкий человек, чтобы сказать... взгляд со стороны... чтобы сказать...я тебе очень сочувствую... очень... сочувствую, но...

– Но... – протянула я с интересом.

– ...схемы – это не твое! Определенно.

***– Проиграли, – констатировала я умиротворенно, устроившись на своем месте – между Фей-Фей и Маршей, на втором ряду – они потеснились быстро и .

– Как ты догадалась, Блау? – съязвила Фейу.

– О, это было не сложно, – я отобрала веер у Фей-Фей и начала обмахиваться – после обеда стало очень жарко. – У сира Костаса покраснел кончик носа, и подрагивает нижняя губа. Вот так, – я смешно спародировала, но никто даже не улыбнулся.