Белое солнце дознавателей

– Кантор хмурится так, что кажется сейчас грянет гром и пойдет дождь, хотя в Хали-баде не сезон дождей... хаджевцы, – я покосилась в сторону, прикрывшись веером, – лучатся самодовольством, но не ликуют. Выводы? Мы проиграли в чистую, а гении из сопредельного Керну града взяли одно из мест... но не белую мантию.

– Сира очевидность...

– Записи? – я проигнорировала ворчание Фейу и обернулась к Фей – должна же я знать, как проиграл цыпленок. Сестра вздохнула и согласно опустила пушистые ресницы – записи будут.

– Сир Садо.

– Злопамятная тварь, – пробормотала я тихо.

– Что? – Марша заинтересованно повернулась к нам.

– Творец не выдержал сияния начинающего творца...

Фейу хмыкнула."

"– Леди Тир подала апелляцию, и сейчас общается с судьями, – продолжила Фей-Фей.

– Бесполезно, – выдала я, резко схлопнув веер, и Фейу согласно кивнула, в подтверждение моих слов.

– Ничего не бесполезно, – глаза Фей-Фей воинственно сверкнули, – суждение было явно предвзятым.

– Кто выиграл? – я обратилась к более спокойной Фейу.

– Мантию забрали столичные.

– Бес-по-лез-но, – я легонько ударила Ву по плечу. – Не когда тут второй Феникс в качестве наместника. Столица просто не может позволить себе проиграть...

– Но, Вайю!

Фейу закатила глаза и пробормотала что-то вроде «наивная идиотка».

– В любом случае есть ещё завтрашние дисциплины – живопись и каллиграфия.

– Мы проиграем, – это произнесли мы хором с Маршей. – Уже проиграли.

– Если бы участвовала я, – Фейу распрямила плечи, – у Севера был бы шанс, но не сейчас.

– Несомненно, – язвительность в голосе сестры можно было бы разливать по фиалам в качестве яда. – Напомнить, кто взял мантию по живописи на последнем школьном Турнире?

– Напомнить, по какой причине ты не участвуешь? – сладко откликнулась Фейу.

– Напомнить, по какой причине не участвуешь – ты? – парировала Фей-Фей.

– Стоп! Стоп-стоп-стоп, – я наклонилась вперед и попала под перекрестный огонь гневных взглядов.

– Там ничего интересного!

– ... занятие почтил вниманием сам второй Феникс.

Глава 14. Любая диверсия требует подготовки

Цыпленок был безутешен. Нос покраснел — следы слабости были видны даже через слой пудры на лице. Глаза влажно блестели от обиды, изящный шарф некрасиво сполз на бок, нижняя губа то и дело предательски подрагивала, когда он тщился улыбнуться в ответ на неловкие подбадривания Фей-Фей.