Амалия. Книги 1-5

Казимир бросил на нее встревоженный взгляд и промямлил:

– С чего ты взяла?

Если бы племянница ответила, что на ее памяти он никогда не пропускал завтрак и вообще во всех обстоятельствах отличался завидным аппетитом, не исключено, что Казимир обиделся бы и замкнулся в себе. Поэтому Амалия пошла на хитрость.

– Потому что ты, дядя, вовсе не глупый человек, – ответила она доверительным тоном, присаживаясь на край постели. – И ты был поблизости, когда убивали государя.

Казимир шмыгнул носом, ответил слабым голосом:"

"– Из этого еще ничего не следует.

И вообще я стоял далеко.

– Дя-дя!

– И потом, я ни в чем не уверен, – поспешно добавил Казимир. – Мало ли что мне могло привидеться!

– Дядюшка, – наклонилась к нему Амалия, – когда произошло такое ужасное преступление, долг каждого честного человека – помочь следствию. Если ты…

Но слово «следствие» повергло Казимира в такой ужас, что он отшатнулся и энергично замахал своими коротенькими ручками.

– Нет, нет, племянница, ни за что! И не проси! Ты хоть понимаешь, чего ты от меня добиваешься? Эти мерзавцы убили царя, которого охраняли день и ночь! А я что, по-твоему, царь? Кто станет меня охранять, если мои показания им не понравятся? Да они укокошат меня за милую душу и даже раздумывать не будут!

Амалия принялась убеждать его, уговаривать, увещевать, но все без толку.

Казимир упорно отказывался идти в полицию, давать показания и вообще сообщать кому бы то ни было о том, что видел. У дядюшки Амалии всегда отлично был развит инстинкт самосохранения, а сейчас, когда на подмогу инстинкту пришла трусость, Казимир вообще разошелся и не желал ничего слушать. Наконец племяннице пришла в голову счастливая мысль.

– Послушай, дядюшка, – сказала Амалия, сделав серьезное лицо, – ты же сам понимаешь, что в особую службу меня взяли по приказу покойного императора. Кто знает, как все сложится теперь, при новых властях… – Казимир встревоженно распрямился. – Мне надо будет рассказать им что-нибудь такое, что даст им понять, насколько я для них важна.

И то, что ты видел, может мне очень помочь. – Казимир заколебался. – Обещаю, тебя никто не будет вызывать в суд, и вообще никто о тебе не узнает. Я даже имени твоего называть не стану. Но мне надо знать, что ты видел!

– Хорошо, – промямлил дядюшка, поколебленный доводами племянница. – Но учти, что я… гм… ни в чем не уверен. – Тут его осенило. – Кстати, – небрежно продолжал он, – я тогда потерял запонку.