All Flesh is Grass

”

She turned away and started down the street.

— Ну что ж,  — весело сказала миссис Тайлер.  — Теперь мне незачем его искать. Можно и отдохнуть. Не надо выбегать каждый час на улицу смотреть, не идет ли он.

Она повернулась и пошла было прочь.

“Mrs Tyler,” I said, “can't I see you home? It's getting dark and...”

“Oh, my, no,” she said. “There is no need of it. I won't be afraid. Now that I know Tupper's all right, I'll never be afraid.”

I stood and watched her go, the white halo of her head bobbing in the darkness, her cane tapping out the way as she moved down the long and twisting path of her world of fantasy.

Миссис Тайлер,  — сказал я,  — позвольте, я вас провожу. Становится темно.

— Да что ты!  — возразила она.  — Зачем меня провожать? Я ничего не боюсь. Раз я знаю, что Таппер жив и здоров и хорошо устроился, мне теперь ничего не страшно.

Я стоял и смотрел ей вслед, белый ореол ее волос мелькал в темноте, постукивала палка; длинной, извилистой тропой брела она в мире своих грез.

And it was better that way, I knew, better that she could take harsh reality and twist it into something that was strange and beautiful.

I stood and watched until she turned the corner and the tapping of the cane grew dim, then I turned about and headed downtown.

In the shopping district the street lamps had turned on, but all the stores were dark and this, when one saw it, was a bit upsetting, for most of them stayed open until nine o'clock. But now even the Happy Hollow tavern and the movie house were closed.

Что ж, так лучше. Хорошо, что она может из грубой реальности создать для себя что-то причудливое и отрадное.

Я стоял и смотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом и стук палки не заглох в отдалении, потом повернулся и пошел в город.

В торговом квартале горели фонари, но огни в магазинах уже погасли  — тревожный знак, ведь обычно почти все они торгуют до девяти. А сейчас даже «Веселая берлога» и кинотеатр  — и те закрыты.

The village hall was lighted and a small group of people loitered near the door.

I turned from looking at the hall, and plodded down the street, hands plunged deep into my trouser pockets, walking aimlessly and restlessly, not knowing what to do.