All Flesh is Grass

  — Я сразу понял, это вроде бомбы!

Я бросился за ним с криком:

— Берегись. Не тронь!

It was the time contraption. It had floated off the table and was hovering in mid-air, with a pulse of tremendous power running through it in a regular beat, while from it came the roar of cascading energy. Below it, lying on the table, was my crumpled jacket.

Это была «машина времени». Она взлетела со стола и парила в воздухе, в ней, мерно пульсируя, нарастала какая-то неведомая, огромная энергия, воздух полнился мощным гудением.

I grabbed hold of Hiram's arm and tried to haul him back, but he jerked away and was hauling his pistol from its holster.

With a flash of light, the time contraption moved, rising swiftly toward the ceiling.

“No!” I cried, for I was afraid that if it ever hit the ceiling, the fragile lenses would be smashed.

Я ухватил Хайрама за локоть и пытался удержать, но он вырвался и уже тащил из кобуры револьвер.

Ярко вспыхнув, шар взмыл кверху. Вот-вот ударится о потолок  — и хрупкие линзы разлетятся в пыль.

— Не надо!  — крикнул я.

Then it hit the ceiling and it did not break. Without slackening its pace, it bored straight through the ceiling. I stood gaping at the neat round hole it made.

I heard the stamp of feet behind me and the banging of a door and when I turned around the room was empty, except for Nancy standing by the fireplace.

“Come on,” I yelled at her running for the door that led onto the porch.

Шар ударился о потолок, но не разбился.

Позади затопали, захлопали дверью  — и, когда я обернулся, комната была пуста, одна только Нэнси стояла у камина.

— Идем!  — крикнул я, и мы выбежали на крыльцо.

The rest of them were grouped outside, between the porch and hedge, staring up into the sky, where a light winked off and on, going very rapidly.

I glanced at the roof and saw the hole the thing had made, edged by the ragged, broken shingles that had been displaced when the machine broke through.

Все столпились во дворе, между крыльцом и живой изгородью, и, задрав голову, смотрели в небо: яркий мигающий огонек стремительно уносился ввысь.

Я глянул на крышу  — машинка продырявила ее, по краям отверстия торчали осколки разбитой, перекосившейся черепицы.

“There it goes,” said Gerald Sherwood, standing at my side. “I wonder what it is.”

“I don't know,” I said.