All Flesh is Grass

And, furthermore, we ignore the insult that you offer us.”

“The insult?”

“Your feeling that it would be so difficult for a plant to acquire intelligence.”

— Время ничуть не похоже на реку,  — был ответ.  — Никуда оно не течет, и с ним очень многое можно сделать. Кроме того, напрасно вы стараетесь нас оскорбить, нас это не задевает.

— Я вас оскорбил?!

— По-вашему, растениям так трудно обрести разум.

“No insult was intended. I was thinking of the plants of Earth. I can't imagine a dandelion...”

“A dandelion?”

“A very common plant.

— Но я совсем не хотел вас оскорбить! Я думал о наших земных растениях. Не могу себе представить какой-нибудь одуванчик...

— Одуванчик?

— Обыкновенный цветок, такие у нас растут на каждом шагу.

“You may be right,” they said. “We may have been different, originally, than the plants of Earth.”

“You remember nothing of it all, of course.”

“You mean ancestral memory?”

— Возможно, вы и правы. Должно быть, мы с самого начала были не такие, как растения у вас на Земле.

— Но вы этого, конечно, не помните.

— Вы имеете в виду родовую память?

“I suppose that's what I mean.”

“It was so long ago,” they said. “We have the record of it. Not a myth, you understand, not a legend. But the actual record of how we became intelligent.”

“Which,” I said, “is far more than the human race has got.”

— Да, наверно.

— Это было очень давно. Но у нас есть данные. Не миф, не легенда, а точные данные о том, как мы стали разумными.

— В этом смысле человечеству до вас далеко,  — сказал я.

“And now,” said the Flowers, “we must say goodbye. Our enunciator is becoming quite fatigued and we must not abuse his strength, for he has served us long and faithfully and we have affection for him. We will talk with you again.”

“Whew!” said Tupper.

He wiped the slobber off his chin.

“That's the longest,” he said, “I have ever talked for them. What did you talk about?”

— А сейчас мы должны с вами проститься,  — сказали Цветы.

— Ф-фу!  — сказал Таппер и утер ладонью подбородок.

— Так долго я за них еще не разговаривал. Про что это вы толковали?

“You mean you don't know?”

“Of course I don't,” snapped Tupper. “I never listen in.”

He was human once again. His eyes had returned to normal and his face had become unstuck.