Али-Баба и сорок разбойниц

– Ваня, – стучала в мою дверь Нора, – быстро открывай, ну сколько можно спать?

Я вскочил, накинул на себя халат и распахнул дверь. С недовольным видом Элеонора вкатилась в комнату.

– С каких пор ты решил баррикадироваться? – сердито поинтересовалась она.

– Ну… Муся…

– Ясно, – оборвала меня Нора, – можешь не продолжать. Так, я все поняла!

– Вы о чем?

– Знаю, вернее, предполагаю, где Ирина! – торжествующе заявила Нора. – Осталось уточнить мелкие детали. Немедленно поезжай в «Голубое солнце», там…

– Сейчас семь утра, – осторожно напомнил я.

– Четверть восьмого, – не преминула настоять на своем Нора, – пока ты провозишься в ванной, пока позавтракаешь…

Услыхав последний глагол, я вздрогнул:

– Я просто хлебну кофе!

– Так нас и отпустят, – печально вздохнула Нора, – там уже оладьи жарят! Кстати, Ваня, ты толстеешь! Растешь, как на дрожжах! Ешь меньше, занимайся спортом, не сиди на одном месте! Давай собирайся! Оденешься – приходи в кабинет, я расскажу тебе, что предстоит делать.

Я молча поплелся в ванную. Нора, как все женщины, обладает просто железобетонной логикой. Ну каким образом можно соблюсти диету, имея в доме Мусю и Ореста Михайловича? И когда заниматься спортом, если весь день, высунув язык, я ношусь по городу?

Уложив в себя гору оладий, обильно сдобренных сметаной, вареньем и сгущенкой, я, ощущая себя Гаргантюа, поехал в «Голубое солнце». Нора велела всенепременно выполнить две задачи. Во-первых, попытаться поговорить с Катей и, во-вторых, познакомиться с работой шахматного кружка.

– Узнай, – строго внушала мне Элеонора, – чем они там занимаются, потолкайся на занятиях…

– Зачем? При чем тут шахматы?

– Есть у меня мыслишка, – загадочно ответила Нора, – кстати, книга «Люди и игры» есть в моей библиотеке, спасибо госпоже Базилевич за идею, ладно, потом все тебе объясню, сейчас некогда.

В «Голубом солнце» меня встретили как родного. Ираида Сергеевна, улыбаясь, сообщила:

– Иван Павлович, чем бы вы хотели заняться? Сразу сядете за изучение историй болезни? Или начнете прием больных?

– Лучше я с бумагами посижу, – испугался я.

– Конечно, дружочек, – согласилась главврач, – как там Аристарх Владиленович?

– Спасибо, – бойко ответил я, – дядюшка чувствует себя прекрасно.

Меня отвели в кабинет и посадили у компьютера. Два часа мне пришлось провести в томительном безделье. Потом, когда я уже совсем было собрался выйти, появилась Ираида Сергеевна.