Запомни, ты моя

Тем более это отвлекало от воспоминаний о теле Никиты, что уже при первой встрече казалось мне симпатичным, а потом при более детальном тактильном контакте просто совершенным.

Но дело даже не в широких плечах или тому, что он смог пробудить во мне желание, так долго спавшее. Дело в сочетании благородства и полном отсутствии понимании истинного значения этого слова.

Он хочет помочь всем, но избирает не верные методы.

«Это ты так не думаешь о Никите?», — ругает внутренний голос, и я вздыхаю, пока добираемся до лифта и едем на второй этаж.

Вот опять, стоит только немного задуматься… Тут же все мысли, как подводные течения стекают только в один бушующий океан моей жизни. Океан, в котором я плавала всю жизнь. Ведь именно думы о мальчике, с которым я дружила в детском доме, помогли мне не сдаваться, даже когда приходилось захлебываться в дерьме или спасаться от насильников.

И, получается, только Вика и ее игры на выживание в отеле помогают мне отвлечься.

Мы добираемся до ее фешенебельного кабинета, где Вика буквально сваливается в свое черное в цвет стола кресло.

Я хочу снять с себя ее руку, но она внезапно надавливает на шею, притягивая меня к себе.

Тело пронзает страх, конечности покалывает, как от холода.

Вдруг Вика начнет угрожать или снова цепляться к работе? Но она просто дует в лицо смесью алкогольных и никотиновых запахов вместе с фразой, повергнувшей меня в шок.

— Ты золото. Никита идиот, что выбрал не тебя.

Смотрю пару секунд в ее мутные, зеленые глаза, а затем она просто валится в сторону как кукла.

А я кладу ее на стол щекой, подложив ее же черный шарфик, что дополнял бежевый деловой костюм. Она может быть вдрызг пьяной, но всегда будет стильной.

Прокручиваю в голове ее фразу и чувствую, как защипало в носу, а глазах пелена. Но плакать я не буду. Эту же фразу я говорила недавно Васе.

Ну не выбрал. Ну и правильно. Пусть и дальше спасает сироток. Особенно рьяно он должен взяться за это дело после разоблачения его отца. И причастности к перевозкам сирот в фурах, в которой я много лет назад и попала в Европу.

Стряхиваю мысли о трудном детстве или еще более тяжелой деятельности в юности. Настраиваю себя на работу. Пора переодеваться и приниматься за чистку номеров.

И уже хочу открыть дверь и выйти, как в кабинет Вики врывается весь замыленный и растрепанный старший администратор Дима. Он главный по размещению гостей. Довольно часто пытается меня склеить, но сейчас ему не до меня.

— Вика, спасай! Там бизнесмены из Германии.