Заложница авторитета

– Спасибо Свет, ты золото. Иди посмотри на Тихого. Он последний, кто Алю видел.

– Да, показывайте где он.

Света проходит в комнату, и быстро осматривает Тихого. Он мертвенно бледный. Его кровь уже просочилась на половину кровати.

Док разрезает его куртку и свитер, добирается до раны.

– Плечо задето, пуля навылет прошла. Но ничего смертельного, крови больше чем раны. Сейчас заштопаю. Дайте мне время.

Намек понимаю с полуслова и оставляю ее одну. Не любит она свидетелей, сама разберется.

Выхожу на улицу и выкуриваю несколько сигарет подряд, пытаясь собраться с мыслями.

Черт, Адя, где же ты? Аж трясет всего, когда понимаю, что обидеть ее могут, а я меня рядом нет. И я даже не представляю, где ее могут держать. Кто за всем этим стоит, кто мать его, жизнью своей настолько не дорожит, что дорогу мне все время переходит!

Звоню своим парням. Хоть одна хорошая новость. Накрыли они лабораторию. Сорок шесть детей оттуда вынесли живыми. Еще неизвестно, сколько уже никогда не заговорят, а сколько и вдохнуть больше не смогут.

Навожу справки по любым подозрительным машинам в моем районе, но Аля как в воду канула в моем же лесу. Черт, какого хрена я тут камер не наставил?

Набираю знакомого начальника службы безопасности и ставлю по периметру целую роту охраны, вооруженной до зубов. Она не будет спать. Нельзя больше допустить промаха, права на ошибку больше нет.

На входе в дом слышу тонкий голосок. Зовет кого-то. Малой проснулся. Черт. Иду к нему. Один он там.

Вхожу в комнату. Тимофей соскочил с дивана в одной только моей футболке, которая ему до пят достает.

Его лицо обеспокоенное, взгляд испуган. Он не знает куда идти, а я не знаю как вести себя с ним. Никогда с детьми не возился, а тут на тебе.

– Аля! Аля!

– Тихо Тимон, все нормально.

Сажусь перед ним на корточки, чтобы он наравне мог видеть меня. Малой уже не на шутку раскис, всхлипывает постоянно. Горькие слезы горошинами катятся по его детскому лицу.

– Аля… Аля! Где Аля?

Его тонкий голосок пронизывает комнату и кажется, мое сердце насквозь.

Ребенок точно напуган, и сестру зовет отчаянно, не видя и не слыша ничего вокруг.

Пытаюсь хоть как-то успокоить его, но выходит не очень.

– Эй, малыш, ты что не помнишь меня? Я Руслан, ты же видел меня в детском доме.

– Неет! Где Аля?

– Она приедет скоро. Подожди ее немного. Она тут живет и ты тоже будешь жить тут с нами. Эй, не бойся меня, я тебя не обижу.

Пытаюсь успокоить его, но он как маленький уж лишь вырывается. В руки совсем не дается, не доверяет.