Все в шоколаде

Когда женщина, миновав калитку, оказалась спиной ко мне, я проникла на чужую территорию и вошла в дом. В нем царила тишина, я осмотрела все помещения и обнаружила на диване лишь джинсы небесно-голубого цвета. Вряд ли они принадлежали Лялину, зато Ромка вполне мог в них влезть.

Пока я шастала по дому, мать Ромки вернулась, но мы не встретились, так как я к этому не стремилась. Она поднялась на крыльцо, а я покинула дом через двор, огородом вышла к картофельному полю и через десять минут уже была в машине.

Прежде всего поздравила себя с тем, что интуиция меня не подвела, затем порадовалась, что удача ко мне благосклонна, то есть пока, конечно. И если я правильно разыграю карту… В общем, как любит выражаться Дед, “перед нами открываются большие перспективы”. Передо мной-то уж точно. Впервые за много лет мне по-настоящему подфартило, и я, само собой, собиралась этим воспользоваться. Итак, неизвестный папаша Пастуха – это наш Лялин.

Сегодняшняя реакция на мои слова о стрельбе в парке свидетельствовала о том, что Лялин мальчишку любит, а значит, пойдет на многое, чтобы спасти ему жизнь. Следовательно, хотя бы на одного человека я могу положиться. В мире, где и самому себе не каждый день веришь, это необыкновенно воодушевляет.

Воодушевленная сверх меры, я вернулась в офис и тут же получила нагоняй от Лукьянова.

– Где тебя носит? – буркнул он. – Жду полчаса. Звонил тебе на сотовый…

– Забыла подзарядить. Я ненадолго отлучалась, чтоб узнать новости.

– Они есть?

– Нет. Пока у ментов есть только труп, тот, что ты видел возле чердака, а новостей нет. Ты же знаешь, как они работают.

– Хорошо, – сверля меня взглядом, кивнул он. – На сегодня с работой заканчиваем.

Офис мы покидали, можно сказать, последними, не считая уборщиц и охраны.

– Как насчет ужина? – на всякий случай проявила я заботу.

– Поужинаю в гостинице, – отозвался он. – Хорошая мысль. Тем более что сегодня тебе составит компанию прекрасная шатенка. Забыла, как ее зовут…

– Это неважно. Главное, чтоб она знала, когда нужно заткнуться.

– Ага. Я могу молчать как рыба, но боюсь, что ты начнешь скучать.

– Не беспокойся об этом.