Тайная жизнь моего мужа

Сосредоточив на нем взгляд, Эмиль внутренне дрогнул — впервые за последнее время Романов-старший смотрел на него так… осознанно.

Обычно отец его просто не узнавал. В его воспоминаниях, почти полностью заменивших реальность, ему, Эмилю, места, как правило, попросту не находилось.

Чуть помедлив, он все же двинулся отцу навстречу. Присел на подлокотник кресла, которое обычно занимал родитель, и взглянул тому в лицо.

Вспомнились слова Вероники — «мне некого прощать и некому просить у меня прощения». А ему, Эмилю, было.

— Папа… — начал он. — Ты никогда об этом не просил и знаю, что никогда не попросишь, но я… все тебе простил. Давно простил. Я…

Старческая рука легла поверх его и Эмиль замер.

— Я люблю тебя, сын. Всегда любил, хоть и не умел сказать об этом.

Сердце подскочило к горлу. Эмиль встал, порывисто обнял отца и ощутил, как отцовские руки смыкаются на его спине, даря ответное объятие.

Но когда он отстранился, лицо папы вновь было отсутствующим, словно ничего сейчас и не произошло. Словно не было этой откровенности и слов, что так долго не могли сказать друг другу…

Подавив накатившее удушливой волной разочарование от того, что миг близости был таким коротким и больше, возможно, никогда не повторится, Эмиль все же шепнул:

— Я люблю тебя, папа.

Обнимая отца за плечи, он подумал о том, что если бы не Вероника — он никогда не сумел бы сказать этих слов.

Следующая мысль, пришедшая на ум, внезапно его испугала. Отец сидел в гостиной один. Почему? Куда делась Вероника?

— Папа… — он сжал крепче плечо отца и заглянул ему в лицо. — Папа, где Лена?

Он полагал, что так отцу будет понятнее, о ком идет речь. Но тот, задумчиво обведя пальцем одну из своих бесценных запонок, сказал вдруг:

— Лены давно нет… и Вероника уехала.

— Что? — переспросил он в полном недоумении.

Наверняка отец что-то напутал. И все же Эмиль ничего не сумел поделать с тревогой, вдруг резко всколыхнувшейся внутри.

— Уехала… — повторил Романов-старший поразительно уверенно.

Выпрямившись, Эмиль промчался до самой двери и выскочил в холл, где и наткнулся на Василису.

— Ой, — только и сказала она при виде него.

— Где Вероника? — потребовал он ответа без лишних предисловий.