Скажи пчелам, что меня больше нет

За ужином они сидели тихо, как мышки, и зачарованно смотрели на Джейми. Потом я столь же зачарованно наблюдала, как он переодевается.

После ужина мне пришлось задержаться на кухне, чтобы убрать со стола, выбросить объедки и притушить жар в очаге. Когда я поднялась в спальню, Джейми стоял у окна в дальнем конце комнаты и не обернулся на звук моих шагов — возможно, просто не слышал. Казалось, он даже не видел собственное отражение в оконном стекле.

Его взгляд был устремлен куда-то внутрь, в глазах таилась тьма, а пальцы машинально расстегивали пуговицы, развязывали шейный платок и ослабляли тесемки на бриджах.

На кровати лежал килт и чистая сорочка с кожаным жилетом. Джейми повернулся, собираясь их надеть, и тут заметил меня. Его застывшее лицо вновь ожило.

— Саксоночка, ты смотришь на меня так, будто увидела призрака, — сказал он вполне обычным голосом. — Я, конечно, слегка постарел, но неужели все настолько плохо?"

"— Ты бы и самого дьявола напугал до чертиков!

Джейми понял, что я вовсе не шучу.

— Знаю, — коротко бросил он. — Я вспоминал, как это было в Друмосси. Перед самой атакой. Вокруг кричали люди, на горизонте виднелись gunna mòr[273], только меня это не волновало. Сбросив одежду, я схватил меч и побежал им навстречу через торфяники. Что еще оставалось? Я даже не знал, смогу ли добраться живым до противоположной стороны поля, — если честно, мне было наплевать.

Я словно онемела. Джейми тоже молчал, продолжая собираться. Умывшись, он надел чистую нижнюю рубашку и килт с поясом, а затем поднялся и с улыбкой посмотрел на меня затуманенным от воспоминаний взглядом.

— Не волнуйся, саксоночка. Каннингем хочет взять меня живым, чтобы выслужиться перед Фергюсоном. Для него это шанс заявить о себе в лоялистских кругах.

Я послушно кивнула, хотя мы оба прекрасно знали, что люди часто ввязываются в драку, совершенно не задумываясь о последствиях.

Джейми направился к двери, но потом остановился, чтобы подождать меня. Я медленно подошла и коснулась его руки. Он еще не успел надеть накидку, и я ощущала тепло его кожи сквозь тонкую ткань рубашки.

— Это случится сегодня? — вырвалось у меня. В прошлом он уже дважды говорил мне накануне сражения: «Возможно, настанет день, когда нам придется расстаться, — только это случится не сегодня». И оба раза оказывался прав.