Сердце просит счастья

Что с ней в тот момент происходило? Она искала смерти? Это был совершенно невменяемый отморозок, уже конченый бандит, и пререкаться с ним было равносильно подвигу. Или в силу возраста не понимала, что смерть и физические истязания – это реально?

Он пробуравил ее тяжелым взглядом и вдруг осклабился подобием улыбки.

– Уважаю. Молодец, малая. – И повернувшись, громко объявил всем: – Моя девчонка. Тронет кто или обидит, порешу.

Подошел к ней, ухватил лапищей за подбородок, заглянул в глаза и предупредил:

– Ухаживать стану, подарки дарить, защищать от всех и всего.

Моей будешь.

А на следующий день всю эту малолетнюю бригаду задержала милиция во время грабежа с убийством. Из КПЗ этот урка прислал, как у них называется, «маляву», в которой напомнил всем статус, обозначенный им для Миры, и что будет, если ее обидят, добавив, что на воле есть кому за этим проследить.

Это укрепило авторитет девочки Миры в криминальном сообществе, и теперь ее не просто не домогались мальчишки, но и боялись.

Родители Миры, надо сказать, все это время не бездействовали и не сидели сложа руки, ожидая, когда дочь перебесится, они предпринимали все возможные меры для спасения ребенка.

Были и беседы с психологами, и с психотерапевтами, и попытки вырвать ее из этой компании, и перевод в другую школу. Приезжал отец и пытался с ней разговаривать и вразумлять. Подключали учителей, врачей, милицию.

Бесполезно.

Она сбегала из квартиры, когда ее сажали под домашний арест, сходила на следующей станции из поезда, когда ее отсылали к отцу из столицы, врала, изворачивалась, придумывала такие достоверные истории, что покупались даже те, кто уже не раз пострадал из-за ее вранья.

И длилось бы это еще неизвестно сколько, и при той стремительной скорости саморазрушения, которую она достигла, точно угробила бы себя безвозвратно и исковеркала бы себе всю жизнь.

Если бы, как водится, не случай.

В том же здании, где они устроили свой штаб, но на первом этаже обитали бомжи, ушлые и хитрые. Они сторонились компании этих отмороженных деток и старались в конфликты не вступать.

А на втором повадились зависать наркоманы, даже лежку себе устроили: накидали каких-то матрацев и одеял, воду бутылями натаскали. Но тоже «деток» с пятого этажа опасались и на прямое столкновение не нарывались."

"Однажды они, как бывало, сидели всей компанией, курили-пили, обсуждали свои дела, когда внезапно раздался страшный, нечеловеческий, крик, такой дикий, что все замерли с перепугу.