Предназначенная

Стена света переливалась всеми мыслимыми цветами, искрилась и преломлялась. Живая, магическая граница потрясала красотой.

Теперь я лучше поняла ситуацию: есть граница и диким запрещено ее пересекать. Они заперты в резервации как в тюрьме. Их хваленая свобода имеет четкие рамки.

— Почему я не видела границу, когда мы приехали? — спросила у Рейдена.

— Днем она едва заметна."

"Ясно, зачем мы пошли сюда ночью. Стоило проделать этот путь, чтобы увидеть подобное чудо.

Оставив меня возле дерева, Рейден вместе с Джаком приблизились к границе.

Сияние подсвечивало лица мужчин, делая их похожими на восставших мертвецом с зеленой кожей. Минут пятнадцать два вожака ходили вдоль границы, присматривались и о чем тихо переговаривались. Но я не скучала, я любовалась магическим заслоном. Вот она магия в действии. Потрясающе!

— Ну что, убедился? — Джак выглядел довольным.

— Действительно, — а вот Рейден напротив насупился, — границу не пересекали.

Я внимательно слушала мужчин. Если граница в норме, значит дикие не имеют отношения к нападению на меня и к беспорядкам в городе.

Или они обошли преграду с помощью магии? Подумав, я отмела этот вариант. Оборотни не владеют человеческой магией, а людей в поселении нет от слова совсем. Неужели это тупик, и мы зря проделали такой путь?

— А я говорил: мои в город не суются, — повторил Джак. — Вернемся в поселок. Ночь в самом разгаре.

— Мы пораньше ляжем спать, — возразил Рейден.

— Нет уж. Я настаиваю, чтобы вы задержались. Скоро начнутся танцы у костра.

— Звучит интересно, — сказала я и заслужила прожигающий насквозь взгляд от Рейдена.

Его глаза светились в темноте как два фонарика.

— Вот, — обрадовался Джак. — Молодежь любит танцы. Идемте.

Обратная дорога, как это часто бывает, прошла быстрее. Вскоре мы были в поселении диких, где уже разожгли костер. Хотя нет, не так. Кострище. Искры долетали аж до облаков. Огонь освещал площадь и близлежащие дома. Оборотни собрались вокруг костра и передавали по кругу кувшин, наполняя кубки.

— Присядем, — Джак указал Рейдену на крыльцо общего дома, где постелили коврики, превратив его в лавку.

— А ты иди к молодым, — это уже относилось ко мне.

Решив, что мужчинам надо посекретничать, я пошла к костру. Первый же оборотень вручил мне кубок с вином, и я охотно его приняла. Сейчас, когда все выпили и расслабились, дикие не казались враждебными. Скорее свободными и раскрепощенными.

У костра были не только люди, но и волки. Кто хотел, сменил личину. И это не осуждалось.