Победить Викторию

Поэтому, когда в сентябре ты отправил меня к ней, я тебя возненавидела. Скажу честно.

Он молчит, обдумывает мои слова. А я не то чтобы жалею, что рассказала про маму, но чувствую, что все-таки не вовремя. Что внутри поднимается раздражение, неприятие того, что сегодня, в нашу первую ночь мы снова говорим о наших родителях. Я отныне не хочу этого. Есть только Саша и я. И больше никого. Мы пара, а не сводные брат и сестра. Я люблю его и знаю, что как минимум очень сильно ему нравлюсь. Некоторые вещи невозможно подделать.

Этот вечер начинался как самый удивительный, до сих пор в ушах слышу собственные стоны и, глядя на полуголого Морозова, хочу послать все секреты куда-нибудь очень далеко. А если что вскроется, буду разбираться по ходу дела. Но постоянное обмусоливание наших с мамой отношений надо заканчивать. Давно решила ведь.

Поэтому просто снимаю с себя его футболку, бросаю на спинку стула и сажусь к нему на колени.

— И долго я была не в твоем вкусе?

Читаю ответ в его глазах, и мне нравится то, что я вижу.

И что чувствую — тоже. Его рука гладит мое бедро, а губы оставляют волнующую дорожку из поцелуев на плече.

— Пошли обратно в постель, — командует он и неожиданно подхватывает меня на руки. — Завтра утром все уберем!

Да уж, убирать придется капитально. Это моя последняя приземленная мысль в эту ночь.

Потому что дальше снова сказка, снова полет и Морозов, который до рассвета успешно исправляет все свои косяки. Очень успешно.

Так успешно, что я просто отказываюсь просыпаться.

Слух улавливает какой-то шум в квартире, но мне плевать. Обнимаю горячего Морозова, поудобнее устраиваюсь на его плече. Бедром чувствую его эрекцию. Пожалуй, надо сменить ему прозвище на более неприличное, чем бугай. Это мысль или сон? Неважно, главное, что так хорошо. Отличный день, отличное Рождество. Никогда такого не было. Абсолютное счастье.

Он сопит мне в плечо. От его горячего дыхания по телу пробегает дрожь. Я сама еще не до конца проснулась, прижимаюсь к нему грудью, так что пришла его очередь вздрагивать.

Сам не дал мне одеться утром. Тянет меня к себе и лишь сейчас открывает глаза. Ловлю его первую очень сонную улыбку. Наше первое с ним… нет, не утро. Наш первый день. Интересно, сколько времени?

Поворачиваю голову и… утыкаюсь взглядом в чьи-то ботинки.

— А-а-а! — Я взвилась, как кошка, наверное, заставив подскочить и голого Морозова. Зато сон мгновенно слетает с меня. С Саши тоже.