Ничья…

 – невозможно)…

Влада закрыла глаза. Вся эта ситуация в очередной раз отдавала пресловутым дежа вю. Почему так много параллелей с Каримом? Почему у нее стойкое ощущение, что она все это уже проходила… А может и не стоило искать в их действиях параллелей. Все – таки, каждый мужчина сделал бы все, чтобы защитить любимую…

– Сегодняшняя ночь наша, хабибти, давай не будем ее терять… – голос такой обволакивающий, нежный, манящий… Он ласково гладит ее по лицу, руки спускаются все ниже по телу…

Она покорно опрокидывается на кровать, расставляет руки, и они утопают друг в друге.

ГЛАВА 18

Наверное, впервые после их первой ночи они занимались не сексом, а любовью. Медленно, чувственно, запоминая, поглощая, врастая друг в друга. Нежность Васеля не знала границ. Казалось, этой ночью он хотел показать Владе всю глубину своих чувств, столь сильных, что они граничили с болью, со страданием, с уязвимостью… «Боль чрезмерной нежности»  – ведь именно так Джибран Халиль Джибран назвал любовь… Влада заснула на рассвете, снова такая мирная, такая расслабленная в неге, словно все тревоги и сомнения отступают, оголяя ее настоящую, природную, истинную суть.

А Васель так и не заснул, вопреки наваливающейся усталости, смотрел на девушку и впитывал ее образ, запоминал, уговаривая себя, что расставание всего на пару недель, что скоро они увидятся, что так будет лучше и надежнее для нее…"

"Помимо остро стоящего вопроса безопасности его все больше пугало то, насколько уязвимым и рассеянным она его делала.

Это ненормально, что в такой тяжелой для страны ситуации он живет мыслями о ней. Что он не может ни о чем другом думать, что просто голову потерял… Это безумие не дает ему контролировать самого себя, он сам понимает, что душит ее своей любовью и чрезмерной, маниакальной опекой. Он боится, что причинит ей боль, что перегнет палку…И видимо, не зря…Ему так хочется поглощать ее, делать своей, без остатка, без сомнений… И в то же время, он понимает, что может разорвать ее, морально и физически. Своим натиском, своей похотью, своим вожделением. Ему надо было остудить пыл. Перевести дух. Ради нее самой. Ему нельзя терять бдительность, а рядом с ней он ее теряет… Он встретил рассвет, наблюдая, как восходящее солнце меняет окрас ее кожи. Пусть поспит еще немного. Впереди тяжелый день…

Несмотря на почти бессонную ночь, Влада проснулась раньше будильника и застала его смотрящим на нее.