Невеста против воли

Вскоре я добрался до цели — дверь в ту самую гостиную стояла приоткрытой. Меня явно ждали. Но, прежде чем войти, я изучил обстановку через щель.

Вивьен сидела спиной к двери у трюмо. При жизни она часто любовалась своей внешностью, считая ее даром свыше. После гибели эта привычка осталась при ней. Странно, что она выбрала именно такой способ смерти. Ведь огонь начисто уничтожил ее красоту.

Авета тоже была здесь. Вивьен приковала ее цепью к колонне неподалеку от окна. Слишком далеко от двери, мне не подобраться незамеченным.

— Я помогу, — услышал за спиной уже знакомый женский голос.

— Ты вовремя, Камила, — кивнул я.

— В одиночку тебе не справиться, а я не могу бросить Авету в беде.

— Кто она тебе?

— Лучшая подруга.

— Почему в таком случае я о тебе никогда не слышал?

Она странно посмотрела на меня. Как на идиота, который не понимает очевидных вещей. Но выяснить подробности времени не было — меня обнаружили.

— Что же ты стоишь на пороге, любовь моя? — голос Вивьен прошелся наждаком по моим нервам. Сколько лет я его не слышал… И еще бы столько же не слушал! Я вдруг осознал, что не скучал по ней. Вообще ни капли.

Толкнув дверь, я вошел в гостиную. Авета вскинула голову и посмотрела на меня. Ее глаза удивленно расширились. Она не ожидала встретить меня за краем.

Я улыбнулся ей краешком губ, давая понять, что все непременно будет хорошо.

— Не смотри на нее, смотри на меня! — тут же взвизгнула Вивьен.

Я поморщился. Узнаю дражайшую женушку. Это будет тяжелый вечер.

Глава 27. О друзьях и врагах

Я не верила своим глазам. Рентон! Здесь! Но как? У меня закралось нехорошее подозрение, и сердце заныло от тревоги. Мне известен лишь один способ, как живые без дара шагающего за край попадают в мир мертвых. Они умирают. Надеюсь, Рентон не совершил роковую ошибку."

"Крик Вивьен отвлек нас друг от друга. Эту женщину сложно игнорировать. Рентон направился к жене, а меня ждал второй шок — в приоткрытую дверь я увидела знакомый силуэт.

— Я вернулся домой, дорогая, — заговаривал Рентон Вивьен зубы. Он нарочно встал так, чтобы заслонить меня своей широкой спиной.

— Ты задержался, — надула она губы.

— Прости.