На пороге Тьмы

Затем увидел нечто интересное и даже удивившее – по дороге катил ГАЗ-67, в котором сидели три мужика в брезентовых штормовках и с мосинскими винтовками, а на прицепе лежала туша огромного кабана-секача, с одного бока сильно подмоченная кровью. Охотники. Не, ей-богу охотники, тут можно не только от темных тварей убегать, но и на кабанов охотиться. Мне после нашей поездки то каким-то невероятным чудом казалось.

Машины не сговариваясь собрались в колонну. Все правильно, по всем видно, что не засада – у этих добыча, нас всего двое и авто на прицепе, так что бояться друг друга незачем, а ехать дальше безопасней.

"Потом и город показался, его разгромленные и мрачные окраины, оплывающие грязью и плесенью под непрерывным дождем. В одном из переулков увидели опорный пункт из машин Горсвета – коллеги. Полоса отчуждения и – КПП, как почти что финиш, как граница безопасности.

Дрогнули ворота шлюза, запуская всю нашу колонну целиком. Из сухости и теплоты бетонного укрепления вышел наряд, закутанный в плащ-палатки.

Посмотрели по журналам, когда выезжали, отметили что обратно вернулись. Потом все возле «тазика» сгрудились, при этом один из бойцов – смуглый мужик лет тридцати цыганистого вида рассказывал остальным:

– Плавать – половина дела, она по грязи лучше «газона» и «виллиса» чешет, атас шарабан. И бензина всего ни хрена жрет, там же моторчик от «жука», да еще старого.

Пока наряд заглядывал в кузова и ящики, я спросил у Федьки:

– Куда гоним все хозяйство?

– Амфибию свою хоть сразу себе забирай, если с ней проблем не будет, а «шнауцер»… а на Крупе пока поставим, и в Администрацию зайдем, в отдел матснабжения. Может сразу и продадим.

– Прямо так сразу? – удивился я.

– Не, бабки позже, их на счет зачислят и расчетки выдадут, но по-любому на ответственное сразу возьмут, вещь-то ценная.

– Не обсчитают?

– Не, не водится за ними, тем более, там на приемке пацан один, Ромка, он… ну ты понял.

– Ага, понял, – кивнул я. – Волшебное слово «откат» здесь тоже пустило корни?

– А где оно не пустило? – вздохнул притворно Федька. – Люди как люди кругом, все жить хотят.

– Сколько дадут-то?

– Да… тысяч десять, как я думаю. Косарь возьмет… сам понимаешь, остальное дербаним. Как?

– Вполне… – с уважением к сумме кивнул я, поскольку уже начал понемногу ориентироваться в местных ценах.