Медведь

* * *— Спасибо, что приехали меня поздравить, — прощается Юлька с родителями.

— Подарки мы у тебя в квартире оставили, — говорит мама.

— И цветы тоже, — вставляет папа.

— Спасибо!

Кошка обнимает и целует родителей. Шмыгает носом. Расчувствовалась, моя хорошая. И у них тоже глаза на мокром месте. Почему? Все же прекрасно.

— Теперь приедем на свадьбу, — говорит Татьяна Ивановна. — Звоните, как определитесь с датой.

— Мы определились, — начинаю я.

Вообще-то, я уже начал движение в этом направлении. Когда, после своего фееричного заявления, я ходил звонить водителю, заодно позвонил одному товарищу, у которого есть нужные подвязки.

Так что откладывать ничего не собираюсь. Правда, Юлька об этом пока не знает.

Ничего. Скажу. Четырнадцатого, например…

* * *Наконец-то мы остались одни!

— Продолжим? — я расстегиваю ее многострадальное платье. — Я знаю одну удобную позу… Нет, две. Три.

— А чего не пять? — смеется Юлька.

— Давай на подоконнике. Или на столе.

— На кровати, как все нормальные люди.

— О! Я знаю! Давай повесим гамак…

74

Юля— Это невозможно! — пищу я.

— Почему это? — недоумевает Михей.

— Это против законов физики и физиологии!

Мы лежим в гамаке, который он повесил в саду. Естественно, Медведь пытается не просто лежать. Укладывает меня то так, то сяк… неудобно! Он слишком большой и тяжелый, проваливается в гамак, я барахтаюсь на нем, но никак не могу устроиться.

— Подожди, подожди, вот так хорошо.

И мы в очередной раз со смехом вываливаемся из гамака на мягкую траву.

— Я так соскучился по тебе…

— В смысле? Мы уже несколько дней не расстаемся.

— Но до этого мы были порознь много лет!

— Да…

Я понимаю, о чем он.

У меня тоже ощущение, что мы были вместе когда-то давно. Может, в прошлой жизни? Потом надолго расстались, а теперь снова встретились. Я не верю в реинкарнацию. Просто Михей такой родной… И как я без него раньше жила?

Я не знаю о нем почти ничего.

Ну, и телом, конечно… Там у нас вообще полная взаимная осведомленность и полное взаимопонимание.

* * *После того, как мы страстно повалялись на траве, Михей успокоился. Больше не пытается идти против законов физики. Мы просто лежим в гамаке, укрывшись пледом и наблюдая, как на небе, одна за другой, загораются звезды.

— Я должен тебе кое в чем признаться, — вдруг говорит Михей.