Стоять, бояться, раздеваться!

"Стоять, бояться, раздеваться!

Хорошим мальчикам Дед Мороз приносит подарки,

а плохим – девочек с сюрпризами.

Глава 1. Подарок от генерального

– Босс, я вообще отпуск просил в подарок.

Высокий, мускулистый, похожий на быка с корриды начальник службы безопасности стянул галстук набок и оперся руками о стол генерального директора.

– Слушай, а чем моя секретарша хуже отпуска?

– Да это не баба, а ходячий геморрой с буферами!

– Геморрой, Руслан, это когда три проверки в один день и некогда в кресло упасть. А.

– Марат Закиевич, может, не надо?.. Новый год все-таки...

– Прости, но больше мне ее доверить некому.

Начальство тяжело вздохнуло, но отменять решение не стало.

Приказ о переводе остался лежать на столе, а от каллиграфического «ознакомлена» с жирной точкой после подписи бывшему бойцу спецназа, оперу и подполковнику в отставке Руслану Бадоеву захотелось достать из бара бутылку водки и напиться в хлам.

* * *– И ничего вы не знаете о женской груди! – Стараясь не выдать расстройства из-за перевода, секретарша генерального медленно собирала вещи и архивировала электронные документы. Горько было до слез, но на работе слезы были под запретом.

– Вероника, ну не тебе с твоей грудью жаловаться, – важно протянула начальница кадрового департамента Брошкина. Она тоже была в курсе перевода, и отвлекала коллегу, как могла.

– Четвертый размер – это не только красиво, но и тяжело! Плюс не забываем про сколиоз и впивающиеся в кожу лямки.

– Зато как мужики шеи сворачивают! – вставила своих пять копеек тощая бухгалтерша Валентина из сметного.

– Сворачивают! Но только ж у них зрение сразу становится тоннельным! – Вероника сложила ладони в подобие бинокля и демонстративно направила его на «нулевку» бухгалтерши. – Они выше шеи ничего не видят! А богатый внутренний мир вообще становится до лампочки.

– Да ладно тебе, – отмахнулась Брошкина.

Вероника с тоской посмотрела на свой безымянный палец, на котором еще вчера красовалось обручальное кольцо, и вместо следующей обличительной фразы уставилась в монитор ноутбука.

С буквами и цифрами ей было проще. Цифры не предавали, не лгали и не бросали. Буквы не пялились в декольте. И хотя бы для них два её красных диплома и три иностранных языка что-то значили.